Священник

Но ты не должен отходить от скинии под угрозой смерти, ведь на тебе елей помазания Божьего.

Аарон вспомнил Закон: ни один священник не должен касаться мертвого тела.

— Вот, что имел в виду Господь, когда говорил: «в приближающихся ко Мне освящусь и пред всем народом прославлюсь.»

Моисей позвал Мисаила и Елцафана, двоюродных братьев Аарона:

— Вынесите тела ваших родственников из святилища за стан.

Аарон смотрел, как они подняли обугленные тела двух его старших сыновей и вынесли из скинии. Он повернулся к скинии и больше не оборачивался. Грудь болела, в горле будто пылал огонь. Будут ли Падав и Авиуд отвергнуты Богом из-за совершенного греха?

Прозвучал спокойный, тихий Голос:

— Аарон, — Моисей что-то говорил ему, и Аарон пытался слушать его наставления, — Аарон…

Аарон с младшими сыновьями должен оставаться на месте и закончить служение. Им нужно съесть остатки от хлебных приношений и жертвенного агнца за грех. Аарон выполнил все, что сказал Моисей, но ни он, ни его сыновья не могли есть. Аарона мутило от запаха жареного мяса; стиснув зубы, он боролся с тошнотой.

Лицо Моисея раскраснелось от гнева.

— Почему вы не съели приношение за грех в святилище? — настаивал он. — Это святое приношение! Оно дано вам, чтобы удалить грехи народа и для искупления народа перед лицом Господа. Святое место не было окроплено кровью животных, поэтому вы должны были съесть мясо в святилище, как я наказал вам!

Аарон простонал в ответ:

— Сегодня мои сыновья принесли Господу свои жертвы за грех и жертвы всесожжения, — он судорожно вздохнул. — И я сделал то же, — он боролся с эмоциями, дрожа от напряжения. — Одобрил бы Господь, если бы я сегодня ел приношение за грех?

Золотым тельцом и языческим пиршеством.

Моисей сочувственно посмотрел на Аарона и не произнес больше ни слова.

Аарон был рядом с Моисеем, когда тот предлагал Ховаву, сыну Иофора, пойти с ними в Землю обетованную.

— Останься с нами, Ховав, — говорил он. — Живи с Израилем, избранным народом Господа.

Когда Ховав покинул стан, у Аарона внутри появилось неприятное чувство — он понял, что они встретятся снова, но при менее дружеских обстоятельствах. Пока мадианитяне жили в шатрах неподалеку от евреев, Аарон стал подозревать Ховава, что тот высматривает их слабости и то, как можно ими воспользоваться.

— Надеюсь, мы его больше не увидим, — Моисей взглянул на брата, и Аарон не произнес больше ни слова. Прожив среди мадианитян много лет, его брат любил и очень уважал своего тестя. Аарону оставалось только надеяться, что Моисей на самом деле хорошо знает этот народ и что от них не будет никакого вреда.