Глоточек свеженького яда

В общем, всего и не расскажешь, из каких передряг мне ее приходилось вытаскивать. Один раз ее чуть не посадили за воровство, но мне удалось доказать, что она в это время со мной была, в другом месте. Потом она связалась с каким-то парнем и чуть наркоманкой не стала. Я наших ребят на того парня натравила – они его так отделали, что он свой день рождения забыл, не то что Лариску. Перед самым выпуском вдруг обнаружилось, что у нее есть дальний родственник по материнской линии. Она в детский дом попала после того, как ее родители в автомобильной катастрофе погибли. Он, родственник ее, за границей тогда жил и ничего не знал об их гибели. Родственник к тому времени очень богатым человеком стал; когда он приехал в Россию, все узнал и разыскал Ларису. У него своих детей не было, вот он ее вместо дочери к себе и забрал, по-моему даже удочерил. Так вот, когда я уже на стройке работала, иду один раз по центру, вижу – Ларка моя стоит возле дорогущей машины. Сама расфуфыренная – караул, мама дорогая! В ушах серьги – стоимостью, наверное, по «Волге» каждая. Я к ней бросилась, привет, говорю, сто лет тебя не видела. Как ты живешь? Что делаешь? И представляешь, Лен, она на меня так удивленно посмотрела и говорит: «Извините, девушка, вы ошиблись, я вас знать не знаю и знать не хочу». В это время из магазина смазливый такой парнишка выбегает и говорит ей: «Ларочка, давай вместе зайдем, я не могу выбрать то, что нужно. – Посмотрел на меня и удивленно так у нее спрашивает: – Это что, твоя знакомая?» Она сморщила носик, будто перед ними не я, а чучело огородное стоит, и фыркнула: «Вот еще, – говорит, – не хватало, чтобы я была знакома с такими, как эта!» Схватила парня под руку и потащила его в магазин. А я, веришь, Лен, стояла с открытым ртом еще минут пять, не могла опомниться. У меня все еще звенели в ушах ее слова: «с такими, как эта». На мне вещи, конечно, дешевенькие были, с вьетнамского рынка, но все чистенькое, я всегда старалась следить за собой. А она… Ай, да что там говорить! Вот такие бывают друзья, – тяжело вздохнула девушка.

– Не нужно расстраиваться, Мариша, в жизни и не такое происходит. Ты сейчас живой свидетель того, что со мной родственники сделали. Что уж про друзей говорить? Хотя друзья бывают разными, – грустно сказала Анжелика, а потом, улыбнувшись, добавила: – Зато теперь у тебя есть Слава и сын растет. А про Ларису эту забудь, не стоит она твоих переживаний."

"– Все, действительно, хватит об этом, не буду и не хочу вспоминать, – махнула Марина рукой и натянуто улыбнулась. Было видно невооруженным глазом, что эти воспоминания про бывшую подругу очень сильно ранят ее доброе сердце.