Светлым магам вход воспрещен

Светлые не могут проклясть в ответ, но зачаровать запросто!

Он направился к остальным, а я, не сводя взгляда с белобрысой ведьмы, как будто случайно выронила перчатки и присела, чтобы их поднять. Одно легкое особое касание вспыхнувшими на секунду кончиками пальцев – умелым чародеям много времени на колдовство не требуется, – и в сторону противницы прокралось незаметное заклятие…

Хихикающая Элоиза скользила навстречу инкубу, легкая и грациозная, как лань. Даже какие-то фигуры выделывала: коньки-то к ботинкам не привязаны – кувырнуться через голову не страшно… Тут-то ее и настигли исключительно полезные в быту чары против скольжения. Не понимаю, почему папа ими пренебрег? Зачаруешь обувь – и спокойно ходишь по обледенелым уличным мостовым, не рискуя упасть и получить сотрясение мозга.

С дурацким видом Элли засеменила, словно бы неожиданно встала на щедро посыпанный песком островок. Шажок, еще шажок. Сила земного притяжения победила! Ведьма полетела головой вперед и растянулась на льду, с хрустом разломав метелку.

– Ноги не держат? – ухмыльнулся инкуб, спокойно пройдя мимо распластанной девушки.

– Помочь не хочешь?

– Слышала пословицу? – обернуться Хэллрой не поленился. – Как аукнется, так и откликнется.

Она кое-как села, потрясла головой, словно пытаясь избавиться от летящих перед глазами звездочек, и раздраженно отбросила куски метлы. К тому времени, как мы поравнялись, девушка все-таки поднялась и теперь пыталась скользить, но подошвы не ехали, словно она встала на сухую землю.

– Да что же это?! – капризно притопнула Элоиза.

Ну просто прелесть, а не заклятие!

– Стою на пруду я, в сапожки обутый… – с нарочитой плавностью скользя мимо поверженной противницы, громко и распевно зачитала я строчки из хулиганского стишка, – то ли обувь не едет…

– Нет уж, договори! – огрызнулась она.

– То ли дорожку песочком посыпали, – с довольным видом договорила я.

– В брумболе нельзя использовать магию! – разозлилась она, и вертикальный зрачок сузился до тоненького штриха.

– Неужели? – мило улыбнулась я. – А Хэллрой сказал, что если хочется, то можно."

"Женская половина команды оказалась неспособной продолжать игру. После короткого, но яростного спора сговорившись на ничью, мы, к моему огромному облегчению, вернулись в замок. До обеда оставалось еще не меньше двух часов, а всем хотелось чая, шоколадных шариков и спокойных бесед в теплой гостиной. Будущим супругам уж точно. А я мечтала принять горячую ванну, переодеться в сухое и подумывала наконец написать маме. Скорее всего, она сходила с ума от острого желания узнать последние новости, портила жизнь бедной Мейбл и выедала проплешину у папы, если тому не посчастливилось очнуться от лечебного сна.