Светлым магам вход воспрещен

Где скользила, где приплясывала по утоптанному снегу, но с честью донеслась до нужной точки. Разогналась с такой силой, что едва успела притормозить и принять подачу.

– Бей! – завопил Шейн, которому в азарте оказалось по большому счету плевать, которая из сестер забьет победный гол.

Только я размахнулась, чтобы влепить метелкой по мячу, как вдруг краем сознания ощутила приближение молниеносного, но по-женски изящного заклятия. Внутри все ощетинилось, приготовилось к атаке… Рефлекторно я выкинула вперед руку и лишь усилием воли заставила себя оттолкнуть плетение, а не отзеркалить, как того требовали инстинкты. Ведь в брумболе запрещена магия, а светлые чародеи принципиально играют честно!

В этот момент решительной схватки добра со злом ко мне подскочил Хэллрой… Они встретились на полпути к мячу: ничего не подозревающий ведьмак и отброшенные темные чары. Кажется, он даже не сразу понял, что оказался чуточку проклят. Ноги вдруг заскользили с неестественной скоростью, а вместе с ними начало ускользать равновесие. Инкуб вытаращился, замахал метлой, сзади летела белая косица. Любо-дорого смотреть!

Ехал бы этот фигурист самопроизвольных танцев дальше к заснеженному бережку, но почему-то по дороге он подцепил меня. Вернее, вцепился, как испуганный кот, пытаясь замедлить стремительное движение… Мы отправились в самый короткий коллективный полет в истории ведьмовского брумбола, который закончился бесславным купанием в сугробе. Схватка за право первым вылезти из снежной ловушки вышла яростной, скоротечной и окончилась взаимным поражением.

– Замри, бесноватая! – рявкнул Хэллрой, за что немедленно получил носком ботинка по голени. – Демоны дери, притворись трупом!

– Вот уж дудки! – пропыхтела я, чувствуя, что снег забился в рукава, в обувь, за шиворот и даже в чулки, а теперь омерзительно таял. – Только притворишься мертвой, сразу Нестор прибежит.

– На кой ты ему сдалась?

– Сам как будто не догадываешься… – ворча, я предприняла отчаянную, но удачную попытку подняться. – Воскрешать!

К спасению утопающих в снегу все отнеслись в высшей степени наплевательски. Никто не сделал попытки прийти на помощь, более того, легкомысленно дожидались в сторонке, когда мы выползем на лед, отряхнемся и продолжим игру. Отбивала я перчатками снег, налипший на подол, и, злобно пыхтя, поглядывала на устроившую диверсию Элоизу.

– Нельзя ведь пользоваться магией…

– Нельзя, – сверкнул улыбкой инкуб, вытряхивая снег из-за пазухи. – Но если очень хочется, то можно.

– Вот как? – изогнула бровь.

– Только тихо, это секрет, – подмигнул он.

Хорошо! Буду считать, что получила благословение Хэллроя.