Сведу тебя с ума

Девушка, очевидно, с Даниловым не знакома, поэтому улыбается, глядя на меня.

— Кто это? — спрашиваю, когда Макс поворачивает на перекрестке налево.

— Лев Демидов, — отзывается словно нехотя, — наши отцы общаются. Уже и не думал, что встречу его в Москве.

— Почему?

— Мутная история… Его отец до сих пор в шоке, — усмехается, щелкая по рулю пальцем, — пару лет назад похерил карьеру и чуть не пустил жизнь под откос из-за какой-то малолетки.

— Это она с ним была?.. Выглядит значительно моложе него.

— Понятия не имею… Да нет, вряд ли, он же не идиот, чтобы снова с ней связаться. Из-за нее, считай, до сих пор в опале у собственной семьи.

Его слова отдаются в моей груди болезненным свербением. Тон его высказываний не оставляет сомнения в том, что лично для Макса интересы семьи превыше всего. Такой, как он, точно не похерит карьеру «из-за какой-то малолетки».

Но я ведь и не претендую, да?..

Сдержанно выдохнув обиду, падаю на спинку сидения и складываю руки на груди.

— Обиделась, что вчера не звонил? — спрашивает после недолгой паузы, — не в духе?

— Нет… все в порядке… тебе показалось.

— У меня непростые времена начинаются, Дженни, — колет меня быстрым взглядом, — диплом, много работы… кое-какие дела…

— Я понимаю…

— Могу пропадать с радаров…

— Я понимаю, Макс, — перебиваю, улыбаясь, — не вчера родилась. Топиться не пойду.

— Это правильно, — переводит все в шутку, — боюсь, мне некогда будет тебя вылавливать.

Первый порыв — открыть дверь и выскочить из машины на ходу, но я малодушно сижу. Он делает так, как я и просила. Готовит к расставанию загодя.

Значит, уже скоро.

— Найду в контактах номер Тимура, — смеюсь ломано, — не волнуйся, не пропаду.

Мой ответ ему не нравится. Он всегда молчит, когда боится сорваться. Но и провоцировать дальше не решаюсь, поскольку тоже на грани.

С минуту сидим в гараже в заглушенной машине молча. Макс, словно раздумывая о чем-то, убирает в карман телефон, сигареты и зажигалку, с заднего сидения достает пиджак.

Мне хочется выйти из машины и бежать на свежий воздух, но в момент, когда я уже собираюсь это сделать, он обнимает меня. Прижимается к моей щеке, царапая короткой щетиной и обхватывает губами мочку уха.

— Ни с Тимуром… ни с кем-то еще у тебя никогда не будет, как со мной.

— Ты тоже меня не сможешь забыть, — шиплю со злостью, — и всех будешь со мной сравнивать…

— Возможно.

Ворвавшись в квартиру, как ураган, мы жадно набрасываемся друг на друга. Мои ботинки, куртка валятся под ноги. Туда же отправляются обувь Макса и его пиджак.

Через мгновение он во мне. Вбивается сзади, каждым ударом вколачивая мои бедра в столешницу комода. Мне неудобно и больно, потому что узкие джинсы опоясывают мои колени, а пальцы Данилова впиваются в мою кожу, как плоскогубцы.