Искушай меня в сумерках (ЛП)

Его рука обхватила ее грудь, набухшую и приподнявшуюся вверх, Гарри наклонился над ней, и его горячее дыхание обдало вершинку легкими, повторяющимися дуновениями.

Он обвел сосок языком, нежно поймал его зубами, играя с чувствительным бутоном. Удовольствие скапливалось в ее венах с каждым кружением, касанием, мягким потягиванием. Руки Поппи, вытянутые вдоль тела, сжались в кулаки. Главное, не коснуться его самой, по своему желанию. Но Гарри обладал умением и настойчивостью, пробуждая в ней глубокие, волнообразные импульсы, а ее тело явно решило выбрать удовольствие, а не принципы.

Она потянулась к голове мужа, темные волосы были густыми и мягкими под ее пальцами. Задохнувшись, Поппи притянула его голову ко второй груди. Он повиновался с хриплым урчанием, его губы открылись над ее жаркой, напряженной вершинкой. Пальцы Гарри скользили по ее телу, касаясь изгибов талии и бедер. Кончиком среднего пальца он закружил по краю ее пупка и проложил дразнящую дорожку по поверхности ее живота, вниз по долине, где ее ноги были сжаты вместе... от колен до верха бедер... и обратно.

Мягко лаская ее, Гарри прошептал:

– Откройся мне.

Поппи сопротивлялась, тяжело дыша, каждый вздох буквально вырывался из ее горла. Закрытые глаза обжигали слезы. Ей казалось предательством то, что она вообще испытывала наслаждение в объятиях Гарри.

И он знал это. Он тихо прошептал ей в ухо:

– То, что происходит в этой кровати – строго между нами. Нет греха в том, что ты отдаешься своему мужу, и ты ничего не добьешься отрицанием ощущения удовольствия, которое я мог бы тебе дать. Позволь этому случиться, Поппи. Тебе не стоит быть добродетельной со мной.

– Я и не пытаюсь такой быть, – нерешительно сказала она.

– Тогда позволь мне прикоснуться к тебе.

Она промолчала и Гарри раздвинул ее несопротивляющиеся ноги. Его ладонь скользила вдоль внутренней стороны ее бедра, пока его большой палец не задел мягкие сокровенные кудряшки. Неровное дыхание нарушало тишину комнаты. Его большой палец проник под кудряшки и коснулся местечка настолько чувствительного, что она резко дернулась с невнятным протестом.

Снова потянувшись вниз, он поддразнил ее нежную плоть. Поппи охватило непреодолимое желание вжаться в его руку. Но она заставила себя лежать неподвижно, пусть даже это стоило ей неимоверных усилий.

Найдя вход в ее лоно, Гарри ласкал его мягкость, пока не вызвал истечение горячей влаги. Он продолжал нежно ласкать ее, один из его пальцев скользнул внутрь. Испугавшись, она замерла и всхлипнула.

Гарри поцеловал ее горло."

"– Тссс... я не сделаю тебе больно. Спокойно, – Гарри ласкал ее внутри, его палец нежно изогнулся, будто желая, чтобы она выгнулась вперед. Снова и снова, очень терпеливо.