Её несносный студент

— Ну раз никто, тогда ладно, — прекращаю над ней издеваться, обнимаю и притягиваю к себе. — Сказку-то продолжать будем?

— А ты нас не бросишь? — перебивает снова.

У меня ком в горле встает. Нет, не потому что у меня ответа нет, он-то как раз есть, а потому, что спрашивает она настолько открыто и с такой надеждой в голосе, что меня на части просто рвет. Папаша у нее козел, конечно, конченный.

— Не брошу, малех, куда я от вас денусь.

— А ты маму любишь? — вот так просто.

— Люблю, — отвечаю честно, а чего лукавить. Себе же признался.

Кажется, моего ответа ей достаточно, малявка еще некоторое время крутится, и наконец принимает удобное положение. А я, прочистив горло, продолжаю импровизировать.

Больше Катя не перебивает, и мне все же удается продолжиться сказку, правда, уже спустя несколько минут я слышу мирное сопение.

Осторожно отстраняю от себя девчушку, укрываю одеялом и встаю с кровати. Смотрю на нее, мирно спящую и понимаю, что я сегодня не просто в любви признался, я ребенку обещание дал, а это куда серьезнее.

Улыбнувшись, выхожу из детской и иду к Ксюше.

Она, конечно, не спит. Делает вид, что читает. Я-то знаю, что не фига она не читает, наверняка себя все это время изводит, съедает сомнениями.

— Как ты себя чувствуешь? — произношу с порога.

— Хорошо, — она откладывает в сторону книгу и поворачивается ко мне. — Уснула?

— Да, — киваю, подхожу к кровати, сажусь рядом с Александровной.

— Егор, нам надо поговорить.

— Я знаю, что ты сейчас скажешь, Ксюш. Прекращай уже себя накручивать, я тебе в конце концов в любви признался, тебе придется научиться мне доверять, малыш, я в твоей жизни надолго, и в жизни малявки — тоже.

— Я просто… просто это все так быстро, я не знаю, я даже не знаю, как себя вести.

— Как и раньше, Ксюш, как и раньше, — касаюсь осторожно ее лица, провожу пальцем по скуле. Ксюша прижимается щекой к моей ладони, прикрывает глаза. — Ксюш, ты послушай меня сейчас, пожалуйста. Я хочу, чтобы вы с Катей жили со мной.

Она резко распахивает веки, собирается что-то сказать, но я не позволяю.

— Тихо, дослушай. Я хочу, чтобы вы жили со мной, и нет, я не тороплюсь. Сама понимаешь, в твоей квартире я жить не могу, это как-то не по-мужски, что ли. Своей у меня нет, но будет, у нас все будет, Ксюш. Я сейчас ищу подходящий вариант, пока в аренду, позже…

— Егор, подожди, остановись, — она все-таки меня перебивает, — я не могу так, нет, пожалуйста, не перебивай. Это не недоверие, просто ты… тебе об учебе думать надо, а не вот об этом обо всем.

— Нет, Егор, это слишком, я согласна встречаться, но портить тебе жизнь я не буду, не надо пытаться казаться взрослее, чем ты есть. Тебе университет нужно закончить, а там, — она отворачивается, поджимает губы, — там видно будет.