Струны черной души

— У вас есть свое представление о том, что происходило все эти годы? Если не заговор, то что?

— Мне видится кто-то один. Чья-то маниакальная идея, сильная воля, способность использовать других людей. И этот человек не в Испании, не тот, который станет наследником после моей смерти, не тот липовый фонд, который получит состояние из его рук. Кто-то рядом со мной. Это все, что я чувствую.

— Это может быть Игорь Сергеев?

— Без комментариев, как говорится. Но исключений нет.

— Скажу, не щадя ваших чувств. Игорь Сергеев искал вас целенаправленно. Входил в деловой, а затем и личный контакт уверенно и сознательно. Да, он мог влюбиться, но не знал вас совсем, когда вы уже были в поиске его людей. Он узнал вас едва ли не ближе всех, вы сами делились с ним событиями своей жизни. Его развод был подогнан к смерти вашей тети, как части идеального плана. «Черный секретарь» его жены так просто представился. У Игоря была возможность его прислать, более того, только у него и была возможность рассчитать время взрыва и даже его место в машине. Но фонд, которому перейдет состояние после вашей смерти, не имеет к нему видимого отношения. Я проверял. Сама информация о богатой старухе с единственной наследницей могла прийти только из Испании. Там родня жены Сергеева. Так что без заговора никак, при всем и моем отвращении к этому термину.

— А что там за фонд?

— Обычная мошенническая схема. Очень похожая на липовые «кошельки», которые открывает именно в Испании русская мафия. Но здесь скорее все же частный случай. Основателем указано вообще несуществующее лицо. Электронный адрес, впрочем, на имейл. ру, то есть на российском ресурсе. Но это дело Кольцова — взламывать и рисовать стрелочки. Я сейчас о другом. Если мы рассматриваем возможность Сергеева получить все состояние до и без резервного фонда, — то речь о том, чтобы стать вдовцом после вашего брака и смерти. Как скажет обвинитель на суде, у него есть мотив и была самая большая возможность из всех подозреваемых.

— Я не собираюсь замуж в принципе, он знал.

— Да, я в курсе. Но нет ничего более временного, чем нежелание женщины выходить замуж. Тут дело лишь в терпении мужчины.

— Звучит как кредо, — раздраженно проговорила я. — Кредо сексуального расиста.

— Если вам легче от того, что вы злитесь на меня, — я не против. Это оправдывает мое скромное участие во всей истории.

— Но если дело всего лишь в терпении, то зачем понадобилось меня взрывать? Я ведь могла и погибнуть.

— Пожалуй, не могли. Я изучил отчет экспертов. Взрывчатка была не настолько большой мощности. Но инвалидом стать могли. Изуродованная внешность — была более чем вероятна. А это, простите, основание почувствовать потребность в гарантированной опеке близкого человека. Который тоже пострадал в той же аварии.