Строгий режим

И даже мысль о том, что подтянул этого «сынка» для того, чтобы доить, совсем не успокаивала его теперь.

— Я думал, ты мне фору даёшь, — вывел его из задумчивости Леший. — А ты в натуре чё-то… Чё десятку-то скидываешь? Меньше нет что ли?

— А? Да, погоди… — Бандера забрал десятку назад, что в игре на интерес не допускалось бы, и кинул восьмёрку. — Слышь, Леший, ты на хера ему сказал, что в Герыча смену можно передавать тут что-то через продол?

Голос Бандеры был приглушённым и злобным, при этом он кивнул на спящего Юрия и лицо его исказилось ненавистью.

— Да ладно, чё ты? — опешил от такого неожиданного наезда Леший и стал оправдываться. — Пусть передаст конфет тёлке своей. Чё те, жалко что ли? Я думаю, чё ты масло гоняешь сидишь? А ты вон чё… А если б на интерес играли?

— Гера — это мой мусор, — Бандере было не до игры, — и не хрен всяким барыгам туда соваться… — он опять со злостью глянул на Юрия, который в обед передал через продол Ольге пакет хороших конфет. Ему было почему-то больно смотреть, как утром Юрий раз за разом перечитывал малёк от Ольги и глаза его при этом светились счастьем. А недавно на ужине, когда открылась кормушка, он со страхом ждал, что в неё залетит малёк от Ольги опять на два листа со словами благодарности и любви. Как только кормушка тогда закрылась, Бандера с облегчением вздохнул. Но скоро уже проверка и он прекрасно понимал, что хоть и по большому кругу, но этот малёк придёт и настроения от этого не было совсем.

— Ну… мы же добазарились насчёт него, — продолжал оправдываться Леший, удивлённый таким поведением друга.

Бандера промолчал. Он и сам прекрасно всё понимал, ведь сам же и подтянул его, но поделать с собой ничего не мог. И когда с продола донёсся лязг открываемой на проверку двери соседней камеры и Юрий зашевелился на шконке, просыпаясь, Бандера опять с ненавистью посмотрел на него, пряча карты в рукав.

Сразу после проверки в восьмёрку пришли мальки и груза на новый корпус от женщин и малолеток. Просмотрев «почту» Плетень отобрал мальки, которые шли с хаты один восемь в те хаты, с которых общались с этой принцессой Ольгой Шеляевой. Начал он открывать их с того, который по размеру был раз в пять больше остальных, он даже сначала думал, что это маленький грузик.

— В пятнадцать А, странно, — раздался за спиной Олега голос Лупатого, который своим действием давал понять издалека, что он видит все «крысиные» действия Плетня и неплохо бы ещё втарить папироску. — Они чё, через продол не могли передать по ужину? Там же Гера сёдня дежурит.

В отличие от Плетня, который до этого сидел в другом централе, Лупатый здесь был не впервые и знал всех дубаков.