Строгий режим

Довольная подруга лежала рядом и рассказывала Ольге всякие тюремные истории, когда дверь в соседний отстойник открылась и туда кого-то завели. Время было уже под утро, и Лера не обратила на это внимания, продолжая рассказывать свои истории. Но когда спустя какое-то время со стороны параши раздался приглушённый, зовущий крик «семёрка!» обе девушки кинулись отвечать. Ольга первая вытащила за верёвку кляп и сказала громко:

В ответ послышались какие-то пыхтящие звуки и весёлый голос сказал:

— Это вы там Юрой интересовались? Щас вот двое выломились с семь четыре, один из них Юра. А если вернее — то Юля.

— Что? — не поверила своим ушам Ольга и закричала: — Юра! Юрочка, подойди! — сердце её бешено забилось.

— Да он здесь, рядом, — раздался насмешливый голос и слышно было, как он обратился к кому-то: — Ну скажи чё-нибудь, Юль.

Следом раздались те же пыхтящие звуки и какой-то совсем незнакомый голос со стоном произнёс:

— Д-да, й-й-а, Ю-ра…

Следом раздался хохот нескольких человек.

— Это не он, — повернулась Ольга к Лере. Лицо её было озабоченно.

— Да успокойся ты, — взбодрила её сокамерница. — Это трахают там на параше петуха какого-то. По запарке видать закинули ко всем, он и ломанулся. Может тоже Юрой зовут. Остынь.

Она обняла Ольгу и та потихоньку стала успокаиваться. Через несколько минут её сердцебиение выровнялось и она перестала дрожать.

После утреннего просчёта обитателей отстойника стали распределять по камерам и они по несколько человек уходили с вещами. Юрия и ещё несколько человек сначала повели на рентген и другие предварительные процедуры. Вопреки его худшим предположениям его не тронули ночью, и даже не обратили внимания, как будто забыли. От Олега, который, как оказалось, ранее уже был под следствием в тюрьме, но только в другом городе, Юра успел узнать многое о здешней жизни. Он знал, что был интересен бывалым зекам только когда они думали, что он мог пронести с собой деньги. А потом на него никто не обращал внимания, потому что он приехал в тюрьму налегке, без мешка. А на нём самом ничего не было из дорогих вещёй, кроме свитера. Так же Олег сказал ему, что свитер этот, когда в хату попадёт, всё равно распустят на нитки и сплетут «коней», т. е. верёвки для «дорог», чтобы передавать «мальки» и «груза» из хаты в хату.

Юра предполагал, что может быть поэтому, когда Олега увели, на его дорогой импортный свитер никто не обратил внимания. И что бы там ни говорили про Олега, Юра был благодарен ему за наставления и просвещение во многих тюремных вопросах. Тем более что по суду ему дали сразу строгий режим и, можно сказать, что прямо с воли он попадёт к матёрым, не раз сидевшим уголовникам.