Строгий режим

Сможешь доказать то, что сейчас сказал, на стрелке?

— Так ещё бы! Это не с чужих слов, — убедительно ответил Протас, — это со мной лично было. Это по отношению ко мне у Соломы поступок был…

— А какой, Паха? — спросил Спасской.

— Вы, кстати, сами свидетели почти этого поступка, — начал Протас. — Помните, он приходил к нам, деньги ещё нужны ему были на откуп? Ну так вот… Тогда ж только я ему денег пообещал подкинуть, он ещё говорил, век не забуду и всё такое. Так же было? Ну вот… А я тогда попросил за девчонкой моей присмотреть, чтоб её там не порвали. Помните же?

— Ну-да, — кивали головой все.

— Ну так он и присмотрел, — со злобой процедил Протас. — Сам её приватизировал за моей спиной, пользуясь тем, что я до неё добраться не могу, а сам прямо в хату к ней, бля, заходит. Может и на свиданку уже выдёргивал и вставил уже…

— Ни х…я, — покачал недоумённо головой Тёплый. Остальные даже сказать ничего не смогли, но вид у них был такой же.

— Вот вам и ни х…я, — процедил сквозь зубы Протас. — И чё, как сами считаете? Приемлемы такие поступки в наших кругах?

— А ты денег ему загнал уже?

— А ты точно это знаешь, что он её оприходовал? — стали засыпать его вопросами пришедшие в себя сокамерники.

— Засадил или нет, не знаю, — ответил Протас, — но то, что уже крутит с ней это точно, подруга её сказала. Да он и не станет отпираться от очевидного, если ему подвести.

— А подводить кто будет, Паха? — рассудительно спросил Спасской. — Ты уверен, что сможешь вывезти эту тему? Солома-то повидал, бля, в этой жизни, к тому же он в авторитете…

— Да, он-то, как говорится, Крым и рым уже прошёл, — подтвердил Тёплый. — Он тебя может перекусить по базару…

— Так я про что вам и толкую, — поднял палец Протас, — надо вместе подумать, кого мы можем рекомендовать хозяину смотрящим. Подтянем его в хату, объясним ситуацию, он ещё людей подключит… Кто ещё у нас на тюрьме есть из авторитетных, кроме Вагита? Желательно на нашем этаже.

— А почему кроме Вагита? — спросил Тёплый, передавая кружку с чаем дальше.

— Да потому что он Соломе в рот смотрит.

— Ничё подобного, — воспротивился Тёплый. — Ты чё, его знаешь, что ли? Я его лично знаю, он справедливый. Правда, когда пьяный, не очень… — сразу оговорился Тёплый, но тут же добавил: — Но за косяк предъявит любому, и Соломе тоже.

— Бага ещё сидит, правда выше, в сто четвёртой, — вдруг вспомнил Соловей про ещё одного авторитета до этого молчавший.

— У Баги тубик, его в семь восемь не переведут, — покачал головой Тёплый. — Лучше с Вагитом побазарить, его и затянуть легче, на одном этаже с нами сидит.

— А почему ты думаешь, что хозяин тебя послушает? — вдруг спросил Спасской Протаса.