Страсти ниже плинтуса

 — Или тебя по отчеству называть? Анна Захаровна? Или по фамилии? Гражданка Конопелько?

Я устроилась в кресле и уставилась перед собой жалобным и наивным взглядом глупой деревенской тетки. Это же надо какую фамилию устроила мне Лизавета! Неужели она действительно дала все данные соседки? Теперь у совершенно посторонней женщины могут быть неприятности. Хотя пока что неприятности у меня. Это даже не неприятности, это полная катастрофа!

— Нехорошо, — проговорил бесцветный тип, выдержав драматическую паузу. — Очень нехорошо.

— Что нехорошо, дяденька? — спросила я дрожащим голосом.

— За грибами, говоришь, ходила?

— За грибами, — подтвердила я, кивнув.

— И много набрала?

— Ой, совсем ничего не набрала! Как все эти ужасти увидала, так и припустила обратно…

— И как же ты, Анна, оттуда выбралась?

— По тропиночке, — ответила я честным проникновенным голосом, — по тропиночке через болото…

— Ага, через болото… — повторил мужчина за мной голосом таким же бесцветным, как он сам, и вдруг уставился на меня холодным пронзительным взглядом.

Под этим взглядом я почувствовала себя ужасно неуютно, опустила глаза и завертелась на стуле, пытаясь отодвинуться подальше.

— И про аварию вертолета в районе проспекта Руставели ты, надо понимать, ничего не знаешь? — проговорил он с холодной насмешкой. — И про стрельбу, и про преследование неизвестного мотоцикла?

— Ничего, дяденька, ничего! — я вытаращила на него глаза и правдиво захлопала ресницами.

— А я уж думал, ты сейчас еще креститься начнешь, для большего, так сказать, правдоподобия!

— А что — могу и перекреститься!

— Ты дурочку-то не валяй! — прошипел мужчина, медленно приподнимаясь из-за стола. При этом он не сводил с меня своих бесцветных пронзительных глаз.

Мне показалось, что его взгляд затягивает меня в какую-то жуткую воронку. Во рту стало сухо, как в пустом бассейне, голова закружилась, и по всему телу разлилась отвратительная слабость.

— Нехорошо, — снова проговорил он тягучим, завораживающим голосом. — Нехорошо меня обманывать! Нехорошо и глупо, потому что в любом случае я все, что нужно, узнаю! Ты, Анна, зря думаешь, что сможешь меня перехитрить…

«Вот черт! — подумала я. — Снова влипла по собственной глупости! Ну кто, спрашивается, тянул меня за язык? Ну, узнала человека на фотографии в гримерке и промолчала бы! Нет, вечно мне надо трепать языком… да и потом, когда Лизавета сказала, кто это такой, — вполне можно было спустить все на тормозах… и Антон тоже хорош, притащил меня в это змеиное гнездо и оставил им на съедение…»

— Так что, раба божья, — снова заговорил бесцветный человек, — может, сэкономишь мне время? Расскажешь сразу, как все было на самом деле?

— Все так и было! — я прижала руки к груди.