Страсти ниже плинтуса

 — Могли бы вы узнать того… ну, как вы сказали, то лицо кавказской национальности?

— Наверное, — я неуверенно пожала плечами. — Если бы я его еще раз увидела…

— Не советую, — мужчина криво улыбнулся. — Удивительно, что вы остались живы, даже один раз его увидев…

Он открыл свой портфельчик и вытащил из него стопку фотографий. Высыпав их на стол, сделал приглашающий жест:

— Взгляните, нет ли его здесь?

Я наклонилась над россыпью фотографий и увидела десяток мрачных мужских лиц, заросших до глаз черными бородами, в косматых папахах и меховых шапках… на какой-то момент я растерялась — так они все были похожи! Как среди них можно узнать того, из ангара?

Особенно увеличивала сходство лежавшая на всех этих лицах печать беспощадной жестокости и равнодушия к своей и чужой жизни…

Но вдруг перед моими глазами встала та страшная сцена в ангаре, жестокая усмешка человека в меховой папахе, зеленое продолговатое оружие в его руках…

— Вот этот, — проговорила я, отложив в сторону одну из фотографий.

— Вы уверены? — недоверчиво переспросил бесцветный мужчина.

— Да, — я решительно кивнула.

Бесцветный повернулся к хозяину кабинета и странным, взволнованным голосом проговорил:

— Бахыт Вадуфов!

Красномордый начальник еще больше побагровел, опустил глаза, как разъяренный бык, готовящийся к смертельному поединку. Казалось, сейчас он начнет рыть песок арены копытом.

— Вадуфов! — повторил он вслед за своим подчиненным и затем выдохнул с глухой яростью: — Сволочь Кустов!

— Если эти сведения верны… — начал бесцветный, но шеф не дал ему договорить. Он снова шарахнул по столу кулаком и сам поморщился от боли.

— Ну, мы, наверное, больше вам не нужны, — подобострастно проговорил Антон, медленно вставая со стула.

— Ты, Ломаев, мне больше не нужен, — ответил хозяин кабинета, не поднимая на Антона глаз.

Антон встал и потянул меня за руку:

— Пойдем, Анна, теперь они без нас разберутся!

— Куда это ты ее ведешь? — удивленно проговорил хозяин. — Я сказал, что ты мне больше не нужен и можешь идти, а ее я неотпускал, она — источник, мои люди с ней будут работать!

Я представила, какой смысл могут вкладывать в слово «работать» обитатели этого огромного здания, и похолодела. И ведь я сама, по собственной глупости заявилась сюда! Кто меня тянул за язык? Кто заставлял рассказывать о том, что я видела?

— Александр Трофимович, — испуганно заблеял Антон, — но я за нее отвечаю… я ей обещал… давал слово…

— Кто? — удивленно спросил красномордый. — Ты? Ты обещал? Да кто ты такой, чтобы что-то обещать?

— И кому вы что-то обещали, Антон Иванович? — вступил в разговор, если происходящее можно было назвать разговором, бесцветный сутулый человек.