Стоунхендж

Своим длинным телом он обвил источник, замкнув его в кольцо. Он спал, но уши дергались, ловили каждый шорох. Я сам видел, как открыл глаз и посмотрел на пробежавшую мимо ящерицу. Глаз был с человечью голову!

Калика видел на лице Томаса задумчивое выражение: рыцарь уже высчитывал размеры и общий вес дракона.

— В караване поднялся плач и стенание. Мы знали, что обречены. У нас не осталось воды на обратный путь, как и не могли идти дальше. Проводник предложил отдать дракону одного-двух верблюдов в жертву, но все мы видели, что дракон, когда проснется, сожрет нас всех... Когда зной стал невыносимым, а наши губы лопались от жажды, уже хотели разбудить дракона, и пусть на все будет воля Аллаха! Лучше быстрая смерть в пасти чудовища, чем долгая мучительная от жажды...

Его слушали жадно. У Томаса глаза блестели.

— Но Аллах услышал мольбу своих людей. Когда мы начали приближаться к дракону, внезапно показался скачущий всадник. Он увидел все, сразу понял и, не давая коню передохнуть, повернул его прямо к чудовищу.

— Храбрый малый! — вырвалось у Томаса. — Истинно рыцарский поступок!

— Он налетел на дракона, как блистающий сокол. Его копье ударилось в голову зверя и разлетелось в щепки. Дракон проснулся и взревел так, что у верблюдов подкосились ноги, а люди попадали на землю. Отважный воин легко спрыгнул на землю и с мечом в руке напал на чудовище. Конь, весь дрожа, отбежал и стоял в стороне.

— У меня тоже однажды был такой, — сказал Томас мечтательно.

— Но меч отскакивал от крепкой, как стальные пластины, чешуи дракона. А воин едва увертывался от страшной пасти. Он прыгал в сторону, бил мечом, падал, переворачивался через голову, едва избегая страшных зубов...

— Огромные звери неповоротливы, — не выдержал Томас. Глаза рыцаря горели, а руки дергались, он словно бы повторял каждое движение отважного воина. — Но уж если не промахнется...

— Да, воин был не только отважен, но и очень быстр. Он всякий раз избегал страшной пасти, тогда дракон попытался сбить его хвостом. Поднялись тучи песка, мы едва видели сражающихся. Меч сверкал, как молния, но если грозе когда-то приходит конец, то рука воина не знала усталости. Мы слышали страшный звон, а когда меч ударялся о броню дракона, видели красные искры. Земля вздрагивала от рева и ударов тяжелых лап.

Когда песок чуть осел, мы увидели, что дракон уже ухватил пастью и сжевал щит воина, а шлем катится по земле. Волосы воина были золотыми, и мы поняли, что Аллах в своей милости и чтобы показать нам свою безграничную мощь, послал нам могучего франка!"

"Они сражались уже грудь в грудь, ибо дракон устал и только огрызался, стараясь поймать хотя бы его руку с мечом. Мы видели, что оба изнемогают от жажды. Наконец дракон не выдержал, повернулся и пополз к источнику.