По ту сторону отражения

 – Забьем на синильное рыло. Давай лучше о Максе поговорим.

– Давай не будем, – тут же перестала я улыбаться.

– Будем. Я же сказала, что я тебе сейчас круто помогу поставить его на место. Та-а-ак, а про Ирочку ты спрашивала? – осторожно поинтересовалась подруга.

– Нет. А должна была? – недовольно спросила я ее.

– Да, – безапелляционно отвечала Нинка. – Я бы спросила, да я бы вообще много чего сказала бы ему! И так сказала бы – все сапожники мира стали преклоняться передо мной! А эта змея все же стала фотографом. Нет, ты видишь, что делается на белом свете? У подонков исполняются мечты, а хорошие люди даже дотянуться не могут, чтобы прикоснуться к ней. Ладно-ладно, молчу, – увидела мое выражение лица подруга, – я всего лишь хотела тебя, Катя, развеселить. Ну, сделай рожу повеселее? Нет, я бы и у него, и у дорогой Ирочки вырвала бы все вены через рот и задушила бы их ими… Может, вернемся, и врежешь? Может, она с ним приехала?

Я ничего не ответила. Вспоминать прошлое, очень неприятное прошлое, мне совершенно не хотелось. А кому бы доставило удовольствие воскрешать в памяти несчастную, нет, глупую, первую любовь, которая по каким-то своим любовно-тараканьим законам заканчивается едва ли не в добрых девяносто случаях несчастливо? Ехидная Нинка, относящаяся ко всем там «шурам-мурам навек» с огромной долей здорового скептицизма, скепсиса и нигилизма, в шутку называет это явление Законом Первой Любви (ЗПЛ). Лет с пятнадцати она, не верящая в настоящую любовь, организовала себе небольшое хобби – следила за развитием отношений действительно влюбленных друг в друга парней и девушек, а потом с невыразимой радостью констатировала их расставание, которые, видите ли, подтверждали ее теорию ЗПЛ. Когда она услышала Легенду Красной Нити судьбы, то хохотала как безумная и обозвала меня сумасшедшей.

– Катя, ты думаешь, что у тебя есть вторая половинка? Вот умора! На Земле сейчас больше шести миллиардов человек, и среди них живет твой один-единственный? Ты больная? И как ты его, прости, искать будешь? Мало ли в какой он дыре живет. В Уганде, например, или на Мадагаскаре.

На это я не обижалась и только пожимала плечами. Но вообще, лучшая подруга оказалась права – моя первая любовь исключением из этого глупого закона не была и закончилась не хеппи-эндом, а, скорее, наоборот.

– Что ты опять задумала, Нина? Я так и не поняла. – Я дала ей увести себя от этого места вполне осознанно. – Куда мы идем?

– Навстречу маленькой легкой мести мы идем, но вообще-то мы идем покушать, – завернула блондинка к небольшому уютному ресторанчику со странным названием «У дядюшки Диккенса».

– Я тут еще ни разу не была, – хищно оглядела полупустой зал девушка и уселась за столик.

– Удивительное дело.

– Зануда ты.