Стилист

Я не спрашиваю тебя, от какой такой болезни у тебя отнялись ноги. Я уже точно знаю, что тебя избили. И знаю, что были предприняты определенные меры к тому, чтобы дело не дошло до милиции. Ты подозревал, что в этом замешан твой сын?

– Я тебя не понимаю.

– Не надо, Володя, этот этап мы уже прошли. Ты можешь спокойно говорить со мной на эту тему, потому что твой сын действительно не имеет к избиению никакого отношения. Поверь мне. И ему поверь. Наверное, тебе есть в чем его упрекнуть, но только не в этом.

– Как ты узнала?

– Узнала. Я должна перед тобой извиниться за обман. Я не работаю в фирме.

– А где же?

– Там, где и работала. В милиции, в уголовном розыске. Мне было странно, что ты поверил в легенду о фирме. Мне казалось, ты должен лучше знать меня и понимать, что свою работу я ни на что не променяю. А ты поверил и этим огорчил меня. Но суть не в том. После убийства, которое произошло у тебя в доме, мне пришлось довольно плотно заниматься «Шерханом». И то, что я узнала, на многое открыло мне глаза. Я расскажу тебе все, что знаю сама, но сначала я хочу услышать от тебя, что произошло в декабре девяносто третьего года. Ты получил в издательстве большой гонорар, положил деньги в «дипломат» и пошел домой. Было темно и довольно поздно, на тебя напали, избили, отняли «дипломат». Приехала «Скорая» и увезла тебя в больницу. Что было потом?

Соловьев долго молчал, пристально разглядывая Настю. Внешне он был спокоен, только кадык судорожно дергался вверх-вниз.

– Ты можешь мне обещать, что Игорь не пострадает, если я все тебе расскажу?

– Даю слово. Правда, один раз я тебя обманула, но я прошу тебя мне поверить. Игорь не пострадает уже хотя бы потому, что он не участвовал в нападении на тебя.

– Ну хорошо. Приехал Автаев из издательства. Долго мялся, искал слова…

* * *…Он выглядел очень несчастным и виноватым. Было видно, что хочет сообщить Соловьеву что-то неприятное, но не знает, как это сделать. Наконец решился:

– Володя, мы все потрясены тем, что случилось. И знаешь, мы подумали, что это не может быть совпадением. На тебя напали как раз в тот день, когда ты получил большие деньги. Мы перетрясли всех своих ребят в издательстве, ну и… Одним словом… Володя, наберись мужества. Один парень, фотограф, признался, что твой сын просил его сообщить, когда ты получишь гонорар. Уж не знаю, где и как они познакомились. Но он сообщил Игорю еще утром в тот день, что ты должен приехать за гонораром. Конечно, мы этого фотографа моментально уволили. Сегодня утром мы говорили с Кириллом и решили, что в этом несчастье есть и наша вина. Все-таки наш сотрудник… Поэтому насчет денег ты не беспокойся, через пару дней мы всю сумму компенсируем. А что делать с Игорьком – ума не приложу.

– Я не верю, – прошептал Соловьев, с трудом поворачивая голову.