Стилист

Олег взял большую партию и с ней скрылся. Впрочем, я деталей не знаю, он не хотел это обсуждать со мной.

– К тому моменту, когда Бутенко умер, он израсходовал все украденные наркотики или что-то еще оставалось?

– Из сильных и дорогих не осталось ничего.

– А из легких и дешевых?

– Ну, дешевыми их вряд ли можно назвать в обычном понимании. Две упаковки сигарет с марихуаной – их Олег принес вместе со всей партией, но сам ими не пользовался, говорил, что для него это слишком слабо, это только для начинающих годится. И еще кокаин. Кокаина у него было много. Вы, наверное, догадываетесь, почему.

– И почему же? – заинтересовался Коротков.

– Кокаин часто употребляют для того, чтобы сделать более острыми сексуальные ощущения. И основными клиентами Олега были люди, придающие сексу слишком большое значение. Или просто любящие порезвиться в виде развлечения. Секс стал сферой бизнеса, и Олег в этом бизнесе крутился уже давно.

– Вы были его первым партнером?

– Что вы, – Черкасов даже слегка улыбнулся, – он зарабатывал этим лет с двенадцати. Я же сказал, он был порочен до мозга костей.

– Хорошо, пойдем дальше. Где вы брали метедрин?

– Простите?

Черкасов чуть вскинул голову и вопросительно посмотрел на Короткова.

– Я спросил вас, где вы брали метедрин? Откуда он у вас, если вы уверяете, что после смерти Олега у вас остались только сигареты с марихуаной и кокаин?

– У меня его нет. И не было. Я вас не понимаю. Метедрином пользовался Олег, это верно, но после него не осталось ничего.

– Вы точно помните, что метедрина у вас не было?

– Точно. Может быть, Олег куда-то спрятал его в моей квартире… Вы его нашли, да? Он был где-то спрятан? Поверьте, – горячо заговорил Черкасов, – мне об этом ничего не известно. Я вам клянусь.

Беда была в том, что метедрина при обыске не нашли. А ведь именно метедрином отравились и Олег Бутенко, и еще восемь человек.

– Пойдем дальше, Михаил Ефимович, – продолжил Коротков. – Кто был следующим после Олега?

– Вы имеете в виду, с кем я встречался?

– Ну например, – кивнул Коротков. – Или, может быть, ваш следующий партнер тоже жил у вас?

– Нет, после смерти Олега у меня не жил никто.

– А до его смерти?

– Как это?

Снова чуть вскинутый подбородок и недоуменный взгляд.

– Может быть, одновременно с Олегом у вас жил еще кто-нибудь. И даже не один.

– Вы с ума сошли! Если вам кажутся странными мои сексуальные пристрастия, это не дает вам права меня оскорблять и превращать в содержателя притона. Я был очень привязан к Олегу. Я любил его, если вы вообще в состоянии это понять. Именно поэтому после его смерти я никого не приводил в свою квартиру."

"Коротков отпустил его на обед в камеру и зашел в соседний кабинет, где Настя со все возрастающим недоумением читала дневник Черкасова.