Статус: все сложно

Интересно, а если бы у нас все было хорошо, как скоро у нас появились дети? Или один ребенок? Девочка? Мальчик? Каким бы отцом был бы Глеб? А я была бы хорошей мамой?

Спустя час мы остановили свой выбор на этой игрушке. Глеб устал выбирать, а я поняла, что еще минута, и я правда пойду за той куклой.

– А если она не пустит меня на порог? – не унимаюсь я, – Глеб, давай заедем в пекарню и купим что-то к чаю? Нехорошо с пустыми руками.

Глеб вздыхает, но включает поворотник: он увидел вывеску небольшой кофейни.

– Только идешь одна.

– Нет, с тобой.

Глеб что-то сказал себе под нос, скорее всего выругался, но вышел из машины и двинулся в сторону кафе. Я победоносно улыбнулась, но улыбку он эту не увидел.

– Злишься?

– Нет.

– Но я же вижу, что ты недоволен.

– Я все поражаюсь тебе. И себе в том числе.

– Почему?

– Какой ты все-таки манипулятор. И я, понимая это, ведусь. Ах, да, ты еще нужда, Апраксина. И зануда.

Глеб пошел вперед и опередил меня, оставив в полном недоумении стоять на тротуаре.

Мы купили небольшой торт, без шоколада. Это была настоятельная просьба Глеба. Там также не было орехов. В общем, обычный невкусный торт-суфле. И Тиму пару эклеров, тот их обожает.

До дома Лили мы ехали молча, только Глеб иногда все-таки ухмылялся, посмеивался и косился на меня.

Лиля жила в обычном доме, но с хорошей территорией. И Глеб ориентировался здесь очень хорошо. Наверное, частым гостем тут является.

Симпатичный и, главное, чистый подъезд, не сравнить с тем, куда меня однажды привез Глеб. Тут пахнет чистотой и немного женскими духами. Очевидно, только что прошла какая-то девушка, и шлейф ее аромата еще чувствовался.

– Ты так все рассматриваешь, будто никогда не видела подъездов.

Я ничего не ответила. А когда лифт остановился на нужном этаже и створки открылись, я вышла первая, чуть увеличивая амплитуду колебания своих бедер.

У двери оба притормаживаем. И я беру руку Глеба в свою. Мне нужна поддержка, потому что волнуюсь я сильно. Он коротко целует тыльную сторону ладони и дарит такую же короткую улыбку, а потом подмигивает мне, словно заигрывает и флиртует.

Два стука в дверь. А я шумно сглатываю слюну и приоткрываю рот. Воздух глотать теперь хочется именно так, непривычное дыхание.

Дверь открывается сразу. Лиля в красивом платье, оно оттенка льда. Голубое, с холодными переливами, безумно оттеняет ее глаза, что те кажутся глубокими, если не бездонными. Симпатичная укладка и неброский макияж. Лиля изменилась, стала еще прекрасней. Она улыбается мне. И мне захотелось ее обнять как давнюю подругу, хотя ими мы точно не были. Пару раз даже ревновала Глеба к ней.

– Мила, – она открывает объятия, а я просто подхожу ближе. Лиля приятно пахнет чем-то нежным и цветочным. Ее духи очень ей подходят.

– Привет, Лиля.