Стань моим завтра

Скелеты деревьев тянули свои черные костлявые руки к серому небу. Осенью они оденутся в желтое и оранжевое и оденут улицы золотым ковром.

В детстве мы с Розмари собирали листья в большие кучи и падали в них, а потом двигали руками и ногами, делая ангелов из листвы…

Вспоминая, как мы тогда смеялись, я прошла по подъездной дорожке к нашему дому – таунхаусу из красного кирпича с темно-серой окантовкой по периметру двери и окон. Опустила чемодан на крыльцо, подняла дрожащую руку и постучала.

Дверь открылась. На пороге стояла мама. Ее глаза, такие же зеленые, как и мои, ярко светились от радости.

– Привет, мама, – сказала я.

Не говоря ни слова, она прижала меня к себе. Я погрузилась в аромат ее духов, мягкость ее свитера и крепость объятий. Закрыв глаза, я постаралась создать из этого момента свой новый дом. Папа тоже вышел на порог, и я точно так же прижалась к его обтянутой свитером груди.

– Как же я рад тебя видеть, – выдохнул он в мои волосы.

Когда мы зашли внутрь, папа взял у меня чемодан и направился на второй этаж, где располагались спальни.

– Постой, я хочу спать на диване в маленькой гостиной.

Он замер в нерешительности.

– Солнышко, этот диван уже совсем продавился. Я по себе знаю – твоя мама отправляет меня туда, когда я плохо себя виду.

– Что случается нередко, – добавила мама и улыбнулась мне, но ее брови нахмурились. – Ты уверена, дорогая?

– Уверена, – отозвалась я.

Моя комната навевала слишком много воспоминаний. Рози сидела на моей кровати, пока я заплетала ей косы. А когда мы дрались подушками, я один раз случайно сшибла ее на пол…

Я заморгала и снова сунула руки в карманы, сжимая их в кулаки. Перед поездкой я не стала принимать таблетки, но теперь задумалась, что, возможно, мне стоит это сделать.

Папа окинул мое лицо внимательным взглядом.

– Хорошо, несу чемодан в гостиную.

– Ты хочешь кушать? – спросила мама, беря меня под руку. Все, как обычно, собрались на кухне. – Давай перекусим!

– Все так красиво, – сказала я, пока мы шли через гостиную. Елка стояла рядом с окнами, а на каминной полке стояли подсвечники и висела гирлянда.

После исчезновения Розмари я думала, что в лучшем случае родители решат переехать в другой дом, а в худшем – развестись. Я читала, что, по статистике, потеря ребенка часто приводит к тому, что семья распадается. Но Лидия и Пол Росси показали, что это не всегда так. Мои родители любили друг друга, а еще они любили дом, который купили, когда только поженились. Они не хотели терять ни одно, ни другое.

Мама была дизайнером интерьеров, и этот дом стал для нее холстом. Она полностью переделала все три этажа – кроме комнаты Рози, которой навсегда предстояло остаться нетронутой, – но даже этого было недостаточно.