Я стала злодейкой любовного романа

И снова этот его изучающий взгляд — скользит от лица к шее, по рукам, по обтянутым кожей бёдрам.

— Нравлюсь? — не выдерживаю я. Хочу поддеть его. Во мне говорит обида. Ужасно неприятно, что меня снова подозревают во всех грехах.

— Вы очень красивая, Виктория, — мягко отвечает принц. — Будет очень жаль запереть такую красоту в темнице.

— Решили говорить со мной откровенно?

— Вам советую сделать тоже самое.

— Я откровенна настолько, насколько это возможно.

— Интересный ответ, — ухмыляется принц. — Значит всё-таки не до конца? Чего вы боитесь, Виктория? Или кого?

— Вас, для начала.

— И почему? Разве я сделал вам что-то плохое?

— Например, прижали к дереву при первой встречи. Обвинили в связи с культом. Насильно потащили к костяной башне.

— Виноват, — разводит руками принц, но виноватым он не выглядит от слова совсем. — Но как бы вы поступили на моём месте? Я приезжаю в Лимерию уничтожить культ и встречаю девушку, которая весь бал буравит мне взглядом спину, а потом — бежит как от огня. А пахнет она чёрной магией так сильно, как не пахнет иная чёрная ведьма. Потом эта же девушка встречается мне рядом с культистами. И она же, полагаясь на «интуицию», двигает фишки на военной карте. Чтобы вы подумали, милая Виктория?

— Подумала бы, что девушке просто не везёт оказаться в ненужном месте в ненужное время, — говорю я, хотя думаю иначе. На самом деле слова принца вполне логичны, и его действия, если смотреть с такой точки зрения, тоже. Кто-то другой на его месте давно бы запер меня от греха подальше. Тем более такие полномочия у принца есть. Кстати… а почему он всё этого не сделал?

— Так почему я всё ещё на свободе? — уточняю я как бы между прочим."

"— Хороший вопрос, — серьёзно кивает Алан. Он наклоняется ко мне, голос его падает до проникновенного шёпота: — Потому что, кроме вероятной шпионки, я вижу в вас кое-что ещё… Вижу, что у вас доброе сердце. Вы оберегаете вашу подругу, и даже защищали пьяных солдат, хотя должны были желать им смерти. А ещё... я вижу, что вы напуганы, растеряны и печальны, постоянно боретесь с собой. Мне чудится, что внутри вас зажата стальная пружина, и с каждым днём вы сжимаете её сильнее, это забирает всё больше ваших сил. Однажды вы не выдержите, Виктория… И мне не хотелось бы делать тот последний толчок, что погубит вас.

— Это… это… — я хочу сказать: «Какая-то глупость!» Или даже: «Это всё из-за вас!» но не успеваю, потому что кто-то из солдат кричит:

— Вернулись! Разведчики вернулись!

Глава 21

К нам спешат два совершенно невредимых разведчика. Спешившись, они подходят к принцу и косятся на меня, но принц кивает, давая им разрешение говорить:

— Никого, ваша светлость! — рапортует один. — Как вы и приказали, мы не подъезжали к башне слишком близко.