Законы стаи

Когда он на пляже понял, что они идут грабить, он принял решение – постараться спасти купца. Если будет такая возможность. И Гайн ему эту возможность предоставил.

-- Купец таки кинулся на меня и чуть не прибил – кожанка была располосована весьма основательно, а вот на плече осталась только царапина. Зато купец пропустил хук слева. За спиной мужик прятал сына. Вот к мальчишке под ноги, на капитанскую койку, я его и сгрузил. Мы немного поговорили, а потом он подсказал, как вывести их с пацаном, – Оскар говорил как-то монотонно, похоже, не слишком желая вспоминать все это сам.

Если послушать краткий рассказ, то дальше все было просто – они прошли на другую сторону корабля и, отгороженные от суетящихся пиратов надстройкой каюты, отец и сын спустились по канату в воду и просто уплыли – на них к тому времени были плотно завязаны пробковые пояса. Вслед за ними Оскар отправил за борт тело Гайна.

ОСКАР

Я не врал ей. Просто не хотел рассказывать, что нам с Марусом пришлось убить еще одного из стаи и сработали мы на удивление ловко – заорать он не успел. И уж тем более не стал рассказывать, что трупам пришлось вспороть животы и привязать к ним грузила, чтобы не всплыли."

"На наше счастье начал накрапывать мелкий дождь, луна окончательно скрылась за тучами, и поэтому, когда они с сыном уплыли к городу, я спокойно спустился в нашу с Гайном лодку.

Абордажные крюки были с двух сторон веревки. Один цеплялся за борт корабля, а второй вбивали в нос лодки, чтобы не отнесло волнами. Я обрезал веревку у самого крюка, толкнул лодку – пусть плывет, и вновь поднялся на судно. Это был самый опасный момент – меня видели и один из стаи даже буркнул неодобрительно:

-- Чо болтаешься? Грузить помоги…

-- Мне Гайн велел еще в капитанской каюте забрать остатки…

Он обматерил меня и, приняв новый тюк с товаром, отвлекся.

Корабль собирались поджечь, об этом говорили еще на суше, для этого везли кувшины с маслом и для меня это был очень важный момент – вовремя спрыгнуть. Я не обольщался насчет своей способности плавать. Камнем ко дну не пойду, но и до берега, куда плыть километра полтора, точно не доберусь.

Когда потянуло первым дымком, я понял, что пора. Прыгнув в воду и отплыв, сколько мог от разгорающегося корабля, я стал орать в темноту:

-- Маркан! Марка-а-ан!

Из темноты подплыла лодка и меня взяли на борт.

Узколицему я врал без зазрения совести – я точно знал, что не вернуться минимум двое.

-- Да откуда я знаю?! Я его в лодку довел, все сам видел – он спустился с поясом купца на себе, и еще прихватил тючок с какими-то инструментами медными, а мне велел еще в каюте барахло собрать.