Законы стаи

Я медленно и подробно рассказывала ей про корабль, про то, каким путем поплывем туда, где планируем остановиться насовсем и чем заняться.

-- Зато там, мама, не будет стаи, которой Оскар что-то должен. Вы же понимаете, что даже за хороший денежный взнос здесь его не отпустят? Если пойти на разрыв со стаей, то его или прибьют ночью, или прирежут в пьяной драке в трактире, или дом у нас сгорит.

Постепенно Олла как-то смирилась с мыслью о том, что уехать все же придется. Комнатка ее была крошечная – там с трудом помещалась ее кровать и моя тахтушка. И в какой-то момент, нарыдавшись, Олла задремала. Я вздохнула с облегчением – пусть поспит.

Пока Оскар отсутствовал, я сварила кашу на обед и подумала, что хорошо бы напечь на ужин пирожков. Их можно будет взять с собой. Кормить нас там, конечно, обещали, но вряд ли еда будет слишком уж вкусной.

Вернулся Оскар и только успел сказать, что все нормально, как в калитку застучали. Я ушла в комнату к Олле.

Сквозь хилую дверь я слышала, как разговаривают в большой комнате Оскар, Сайм и покупатель, и молилась про себя, чтобы все прошло как надо.

Олла проснулась, мы перекусили, и Оскар отправился к Болвангеру, а мы с ней принялись укладывать вещи, которые возьмем с собой. Олла сражалась за каждую тряпку, как тигрица.

В чем-то я ее понимала – все это было нажито с большим трудом, и каждая одежка была ей дорога и нужна. Но я точно знала, что сделать второй заход за вещами мы не сможем – это будет слишком большой риск. Значит все вещи, которые мы возьмем, должны быть упакованы в три больших мешка. Ровно столько, сколько мы унесем на себе.

И еще придется нести корзину с продуктами – мы решили, что запас не помешает.

Оскар вернулся в сумерках.

-- Ну что, он уже на корабле.

-- Ты поднимался? И как там?

Оскар неопределенно пожал плечами и ответил:

-- Ну, честно, не самые роскошные условия, но месяц потерпеть можно.

-- Оскар, меня интересуют кровати.

-- На них есть тюфяки, довольно жесткие, и подушки. Одеяла придется брать с собой.

Я чертыхнулась. Одеяла объемные и тяжелые, значит, одежды мы сможем взять меньше, чем хотелось бы.

Последние пару часов перед отъездом у нас ушли на то, чтобы искупаться. Грели воду, Оскар таскал ее в душ, и мы по очереди вымылись. Я с содроганием думала о том, что в следующий раз я нормально помыться смогу только через месяц, если не больше.

Конечно, я сунула достаточное количество тряпок, и мы сможем обтираться, но, насколько я знаю, пресную воду на кораблях берегут.

Мешки получились огромные, одеяла мы связали в отдельные тюки. Вес у груза был такой, что каждый из нас поднимал его с трудом. Олла вздыхала над каждой брошенной табуреткой и охала над котелками, но кажется, смирилась.

Ближе к полуночи мы вышли из дома.