Азарт среднего возраста

Да еще как! Женщина перестала цепляться за дерево – руки ее безвольно разжались, ноги заскользили по стволу так, что и второй валенок упал на снег, и сама она наверняка упала бы тоже, если бы Александр одной рукой не обхватил снизу ее ноги.

– Осторожно! – крикнул он. – Вы держитесь все-таки. А то сейчас вместе навернемся, мало не покажется.

Вряд ли она его слышала – она медленно сползала вниз, бессильно скользя руками по стволу. Александр сползал тоже, с трудом удерживая ее за ноги. Носки на ней были деревенские, грубой вязки, но даже в них было видно, какие узкие у нее ступни.

Наконец он спрыгнул на снег. Женщина свалилась ему на руки. Несмотря на большой кожух, она была такая легкая, что держать ее на руках было нетрудно. Не отпуская ее, Александр присел на корточки и нашарил в снегу ее валенки.

– Вы идти можете? – спросил он, осторожно опуская ее прямо в них.

Женщина не сопротивлялась. Но когда она оказалась стоящей на снегу, колени у нее тут же подогнулись.

– Н-нет… Т-там… Он…

Она судорожно кивнула на медвежью тушу, перегородившую тропинку, на лужу черной крови на снегу.

– Ну и что? – Александр пожал плечами с нарочитым, специально для нее предназначенным спокойствием. – Он же мертвый.

– Вы точно знаете?

Наконец в ее голосе прозвучали отличные от ужаса интонации."

"– Точно.

– А вдруг он оживет?

Теперь интонации стали жалобными.

– Не оживет. – Александр улыбнулся. – Такого не бывает.

Конечно, такое бывало, и даже с ним бывало, ожил же слон, которого он считал убитым. Но медведь точно был мертв, в этом Александр женщину не обманывал. Хотя, учитывая ее состояние, не грех было бы и обмануть, лишь бы успокоить. Ужас никак не уходил из ее глаз – стоял в них, как вода в крещенском ковше.

Воспоминание о том, зачем он пришел в лес этой ночью, оказалось очень кстати.

– Вы же, наверное, за водой шли? – спросил Александр.

Она кивнула. Волосы у нее при этом закачались, как будто не волосы это были, а зимние ветки. Присмотревшись, Александр догадался, что от страха ее, наверное, прошиб холодный пот, и вот теперь мокрые волосы схватились морозом. Чтобы проверить свою догадку, он протянул руку и коснулся их. От его прикосновения они зазвенели нежно и тонко, как сосульки. Впрочем, это ему, конечно, показалось. Не могли они звенеть, да и сосульки не звенят.

– Вы что, без шапки? – Он даже головой тряхнул, словно хотел прогнать свое странное виденье. – Мороз ведь какой! Крещенье.

– Я в платке… была, – чуть слышно ответила она. И добавила уже громче: – Боже мой, как вы его взяли и убили! Один раз всего выстрелили – и сразу!..

Трудно сказать, что прозвучало при этом в ее голосе. Во всяком случае, он больше не был мертвым.

Александр почувствовал, что ему становится весело.