Спорим, тебе понравится? (СИ)

И каждый божий день теперь она вынуждена смотреть на меня и вспоминать того, кто исковеркал её жизнь, а именно моего биологического отца.

— Вот же с-с-с...

— Наутро она ничего не помнила. А я вот забыть не смогла... Только перебирала в своей голове каждое её слово и плакала, мечтая больше всего на свете, чтобы моя мама всё-таки заметила меня. И хоть немного полюбила, понимаешь? Хотя бы чуть-чуть... долгие-долгие годы это было моей самой заветной мечтой. Наваждением!

— Иди сюда! Не плачь, я с тобой, — и только сейчас я поняла, что пока рассказывала это всё Ярославу, то незаметно для себя начала беззвучно плакать.

От боли.

От безразличия самого родного в этом мире человека.

Оттого что просто не нужна своей маме. Я — не нужна. Только блёклая копия Иры или хотя бы послушная кукла, которая будет слепо следовать её приказам.

Вот и всё.

— Знаешь, — начала я говорить, когда чуть утихомирила бурю внутри своей души, — иногда я виню себя за многие вещи. За то, что не могу стать лучше для мамы. За то, что не получается быть умнее, красивее, быстрее и дальше по списку. Но я же не виновата, что родилась, Яр.

— Конечно, нет.

— И родителей не выбирают, ведь так?

— Да, Истома. Так."

"— Я не виновата, что моя мама — вот эта женщина, которая во всех своих ошибках винит только меня. В её глазах лишь я грешница, а она святая великомученица, которая годами несёт свой крест. Разве это справедливо?

— Нет, разумеется, нет...

— Тогда как мне достучаться до неё?

— Никак.

— Но...

— Никак, Истома. Просто прими это за данность и больше не пытайся ей угодить, стать лучше, стать удобнее. Пойми уже наконец — родители любят не за что-то. Они любят вопреки всему и точка!

— А я все эти годы старалась быть максимально покладистой, в бесплодных попытках стать для матери чем-то большим, чем побочный продукт её молодости.

— Так это она с того выкидыша в веру ударилась?

— Нет, — покачала я головой, — наша семья была самой обычной, в общем-то, мы даже яйца на Пасху не светили, если хочешь знать. Я могла носить джинсы и даже ногти лаком накрасить, — на этих словах я рассмеялась и хмыкнула, вспоминая своё прошлое.

— А потом?

— А потом отец с Ирой поехали в облцентр, чтобы купить сестре беспроводные наушники, которые она уже полгода, как просила. На обратном пути они попали в аварию и их не стало.

— Соболезную, но... а что там, где ты жила, таких гаджетов было не достать?

— Нет, Яр. Мы жили в самом закрытом городке Красноярского края. До ближайшего областного центра двести пятьдесят километров дороги. Вокруг только таёжные леса и непроходимые топи. Чтобы ты понимал — такой точки на карте, как наш город, попросту не существует.

— Военный?

— И химический тоже. Ядерное производство.

— Оу...