Спорим, будешь моей

– Для тебя все так просто… – говорю я, разрывая затянувшийся зрительный контакт.

– А что сложного? – выдыхает Артем. А потом, качнув головой, пронизывает меня каким-то особенно пылким взглядом и просит: – Не начинай.

«Ух, Чара, какой ты… Я б дала…», – проносится у меня в голове.

И я вдруг, не задавая больше вопросов, киваю.

– Да? Это да? Едем? – удивляется и радуется Чарушин.

– Да. Только сразу после звонка, я должна быть у расписания… Ждать Соню…

– Понял, – вовсю улыбается.

И я не могу не улыбнуться в ответ.

Артем хватает меня за руку и увлекает к выходу. Несемся по пустому фойе очень быстро. Почти бежим. Сердце заходится, но и это мне сейчас нравится. Большей частью от счастья оно колотится.

У машины несколько теряюсь. Никогда не доводилось садиться к кому-то, как тут принято выражаться, в тачку. Для меня только одно это уже неприлично. Но я ведь знаю, что Артем меня не обидит. Поэтому, когда он открывает для меня дверь, мнусь недолго. Глубоко вдыхаю и забираюсь в салон. Пока Чарушин обходит машину, выдыхаю и с удовольствием вдыхаю. Пахнет им. Так насыщенно и терпко. Только от этого мурашки выступают и низ живота превращается в хлипкое желе.

– Не против музыки? – спрашивая, стопорится на мне взглядом.

С улыбкой мотаю головой.

– Окей, – отзывается он, не менее радостно улыбаясь. – Тогда погнали.

Заведя мотор, переключает несколько треков и в конечном итоге оставляет на вполне нормальной позитивной песне. Несколько грубоватых слов пролетает, конечно, но я стараюсь на них не реагировать.

Едет Артем тоже достаточно спокойно. Плавно, без рывков, не превышая скоростной режим. Я это мысленно одобряю.

– Как дома дела? Нормально? Расскажи.

Вот, казалось бы, он спрашивает без всякого умысла. Просто потому, что ему интересно. А я ощущаю какое-то давление. Понимаю, что не от Чарушина оно исходит. Изнутри меня. Но с ответом очень нескоро нахожусь.

– Все, как обычно, Артем, – мягко улыбаюсь. – Сезон консервации на зиму завершился. Работы стало меньше. Телевизор смотреть больше часа в день не разрешают, поэтому приходится читать. Книжки скучные. Следовательно я быстро засыпаю. Вот и все, – выпаливаю практически на одном дыхании. – Надеюсь, это не прозвучало слишком странно? Я пыталась смягчить.

Но вместе с тем хотела поделиться, чтобы он имел четкое представление о том, что я не такая, как все.

«Милая Дикарка, он уже в курсе…», – появляется в голове какой-то неожиданно-ехидный голосок.

– Странно? – повторяет Артем с неизменной улыбкой. – Немного, – признает, как всегда откровенно. – Но я рад, что ты поделилась. Спасибо.

– Пожалуйста, – выдыхаю я, прежде чем допираю, что это вовсе необязательно.

Я ежусь и обхватываю себя руками. Не потому что мне неприятно.