Спорим, будешь моей

Ловим дыхание друг друга и замираем.

– Почему ты остановился?

Чарушин снова смеется.

– С тобой даже подрочить нельзя, – выдает он, а я едва сознания не лишаюсь. – Ты меня отвлекаешь. Сильно.

– Тебе не нравится, когда я смотрю? Смущает? Я… Э-э-э… Я могу выйти… Подождать… – предлагаю взволнованно.

И вновь этот сиплый хохот.

– Не смей даже думать, Дикарка. Мне нравится, когда ты смотришь, – подаваясь вперед, касается губами моих губ, но не целует. – Просто я слежу за твоими реакциями и, когда получаю их, подрывает инстинкты. Они толкают к действиям.

Я вздрагиваю. Дышу громче и чаще, больше не пытаюсь скрывать свое возбуждение.

– Хочешь я тебя поцелую?.. Хочешь?..

– Хочу… – хрипит Чарушин. Каким же обжигающим и вкусным ощущается его дыхание. – А еще я хочу, чтобы ты сама меня потрогала.

– Прямо там?.. – охаю я.

– Угу, – усмехается Артем. – Мою «твердость».

– Мне… Мне страшно… – признаюсь честно. – Но если ты еще немножко покажешь, объяснишь…

Не успеваю закончить, как его ладонь поднимается к моему затылку. Стискивает и толкает ближе, пока наши полураскрытые губы не сливаются в страстном поцелуе. Мы оба на пределе, это чувствуется. Все движения и ласки становятся еще более откровенными, жадными и жаркими. Если до этого удовольствие казалось невероятно сильным, то в этот миг оно проносится по нашим телам как истинный пожар. Я прижимаю ладони к груди Чарушина. Недолго выжидаю, прежде чем начать исследовать каждый сантиметр его сильного и горячего тела. Артем тоже не сидит без действий. Одна его рука так и остается в моих волосах, а вторая, бросив твердость, сминает мою грудь. Наслаждение, которое он мне дарит, буквально заставляет меня взвизгнуть, дернуться и… расслабиться. Насколько это возможно. Напряжение из-за возбуждения сохраняется, но вместе с тем тело как будто размякает. Становится податливым и горячим, словно растопленный воск.

Мои ладони плавно перебираются на каменный пресс Чарушина. Половой орган я все еще боюсь трогать и, думаю, не скоро на подобное решусь. Понимаю, что опасаюсь даже случайного касания. Вот только Артем принимает решение за меня – в какой-то миг перехватывает одну из моих ладоней и тянет ее вниз. Направляя, вынуждает обхватить пальцами ствол. Я задыхаюсь и резко разрываю поцелуй, но обратного движения рукой совершить не удается. Чарушин накрывает и сжимает мою ладонь своей.

Встречаемся взглядами и замираем. Ненадолго, потому что воздух вокруг нас продолжает взрываться. Даже бездействие не помогает успокоиться.

Его половой орган ощущается иначе, чем я могла бы представить, даже уже имея зрительное представление. Он больше, толще, жарче и… нежнее… У меня нигде нет такой бархатной кожи. Это просто невероятно. Шокирующе.