Спорим, будешь моей

Забираю приготовленное мамой молоко и выхожу.

Сразу после душа укладываюсь в постель. Но закрыть глаза боюсь. Знаю, что увижу, услышу, почувствую… Я и так каждую минуту с собой борюсь. А тут еще темнота и тишина. Укромный мирок, который принадлежит лишь мне одной. И, казалось бы, фантазируй, сколько душе угодно… Но страх сильнее. Вдруг это все совсем выйдет из-под контроля?

Терзаюсь долго. Уже и Соня ложится, а я еще верчусь. С таким сердцебиением попросту невозможно уснуть. Резонируют эти удары в матрас, я это чувствую. А височная пульсация – в подушку. Жарко становится настолько, что приходится раскрыться.

Никак не получается бороться. Едва сознание плывет, воскрешаю все эти постыдные моменты. Глаза Чарушина вижу, губы… Ощущаю запах и прикосновения… Как же это мучительно… И сладко…

Отход ко сну происходит резко. Не отмечаю эту грань. Однако какое-то время спустя я просыпаюсь. И будит меня короткий сигнал, который издает запрятанный под подушку телефон.

Артем *Чара* Чарушин: Твоя сестра на валерьянке[1] у Фили. Если ты пообещаешь отблагодарить меня, присмотрю за ней и привезу домой. Договорились?

Поворачивая смартфон, направляю свет на Сонину кровать и обмираю. Пустая.

Лиза Богданова: Нет, не договорились.

Лиза Богданова: Пришли мне адрес. Я сама за ней приду.

Черт, это еще лучше.

Сердце тотчас загоняется. Топит на максимум, усердно толкая по натянутым венам кипящую кровь. Не переставая пялиться в экран смартфона, стискиваю его в руке и неосознанно ерзаю в кресле.

– О-о-о, – стонет мне в ухо девчонка, которую я полчаса назад отымел в одной из комнат на втором этаже. И о которой я пару минут как благополучно забыл, несмотря на то, что она сидит у меня на коленях. – У кого-то снова поднялось настроение. Я готова, Чарушин…

– Иди, погуляй, – спихнув ее, легонько шлепаю ладонью по заднице. – Позже тебя найду.

Подношу к губам бутылку и на автомате делаю крупный глоток пива. Жажда не утоляется. Нервно облизываю губы и, закусывая их, напряженно вдыхаю.

Кто-то визжит, перекрывая ритмичную пульсацию диковатой музыки, и я машинально вскидываю голову. Убедившись, что девка, с которой Тоха стащил прямо посреди танцпола блузку, хихикает и вполне довольно трясет для него сиськами, возвращаюсь к трубе.

Артем *Чара* Чарушин: Уверена? Тут у нас не Диснейленд. Я опасаюсь за твою психику.

Лиза Богданова: Адрес! Я уже вышла из дома.

Артем *Чара* Чарушин: Что ж… Сама напросилась.

Скидываю ей геоточку и тут же откладываю недопитое пиво.

– Жора, – толкаю зависшего в телефоне Георгиева.

– Чего? – вскидывает он голову.

– Видишь Богданову? – указываю в противоположный конец зала.

– Да кто ж ее не видит… – выдыхает Жора приглушенно. – Святую, блядь, непорочность. Куда она зарвалась?

– Лады, – недовольно выдает друг.