Спорим, будешь моей

Чего мне еще опасаться? Что, блядь, может меня остановить? Да ничего. Ничего!

– Ты же видишь, что у нас дома происходит? – выдает со стоном. – После того, как ты избил Павла, все очень плохо! Настолько плохо, что словами не передать… – бросает размыто.

Я копаюсь в себе, в ней, в той информации, что мне передавала Соня – пытаюсь принять всем весом. И, судя по всему, проваливаюсь вместе с этим грузом куда ниже земного ядра.

Все в глазах Лизы… Но что именно?

– Свадьба скоро, Артем… Скоро! И нет смысла нам раскачивать эти качели, растягивать агонию и пытаться еще что-то урвать. Нет смысла, Артем! Так только хуже. Давай, оставим, как есть… Не причиняя друг другу лишней боли.

– Лишней? – хриплю и зависаю. Она не отвечает, а я сам такую чухню мысленно раскручиваю, что тупо стремно озвучивать. – Давай, четко по точкам, – выдаю в душевном размахе грубовато. – Веришь, что я про алко не в курсах был?

Лиза думает. Она еще, блядь, думает! Но, в конечно итоге, все же признает:

– Лады, – выдыхаю с некоторой долей облегчения. – Теперь дальше. Понимаешь, что не поэтому переспали?

В этот раз Дикарка не колеблется.

– Не знаю… – выдает, глядя в глаза.

– Гонишь… – шиплю, словно мне больно.

Да больно же! Конечно, больно, бля… Как ее переубедить теперь?

– Ты же трезвая? – вопрос прямой, чисто по ситуации. Лишь для нее. Сам-то я знаю ответ. – М? Трезвая, Дикарка?

– Ну, конечно, трезвая… – теряется Лиза.

Запускаю ладонь под длиннющее жестковатое полотно ее ночной сорочки. Все-таки имеется у нее эта монашеская муть – до пят. А под ней… Трусов не обнаружено.

– Что ты?.. – шепчет и резко обрывает свои возмущения. Паузы хватает, чтобы раздвинуть дрожащие ноги и, стащив собственные спортивки вместе с боксерами, с шипением прижаться к промежности членом. – Нет, Чарушин, нет… – понимает, наконец, что делаю. Моментально ее сильнейшая дрожь рубит. Меня следом – по касательной. На мгновение веки прикрываю, чтобы пережить эту бурю. – Нет… Артем… Не надо…

– Ты влажная, – кидаю хрипло по факту. Никак не в упрек. – Ты хочешь… – скользнув рукой под шею Лизы, на выходе сгибаю ее в локте и тем самым притягиваю максимально близко. – Хочешь? – приглушенным шепотом ей в губы. – Хочешь быть моей? Хочешь.

Не отвечает. Лишь какой-то мучительный звук издает и скребет меня ногтями.

– Я скучал, – повторяю так же тихо, прихватывая ртом ее пухлые губы. – Хочу тебя. Люто. И это не тупая похоть, знаешь же… Мне нужен контакт, Лиза… Давай расскажу, что чувствую, когда в тебе? – продолжаю шептать, прислушиваясь к ее реакциям. Они все ярче. Раскатывает ее и трясет по полной. Не двигаюсь, но влаги между нами становится больше. – Когда я в тебе, мир топит. Ты – ковчег. Я – парус. И, вот представь, раздувает его встречным ветром.