Ложь без спасения

– Ты поехала за ним! Боже, Лаура, ты действительно не можешь прожить и дня без его звонка?!"

"– Подожди, пока я все тебе расскажу! – И фрау Симон стала сбивчиво рассказывать обо всем, что случилось за последние два дня: о своем разговоре с секретаршей Петера, о том, как она узнала о его банкротстве и о его неверности, о своей поездке в Прованс, о его машине, в которой еще находились его вещи… Под конец она сообщила еще и о билетах на самолет в Буэнос-Айрес, и о том, что один из них был выписан на ее имя, которое, очевидно, постоянно использовалось любовницей Петера…

Анна слушала затаив дыхание и только время от времени бормотала: «Не может быть!» Наконец она сказала:

– Бедняжечка моя, многовато тебе пришлось пережить за эти два дня! Если б у меня сейчас не было, в порядке исключения, пары выгодных заказов и мне так сильно не нужны были бы деньги, я прямо сейчас, сразу же поехала бы к тебе, чтобы помочь.

– Спасибо, но я думаю, что так и так завтра поеду обратно, – ответила Симон.

Она сидела на балконе их с Петером дачного дома, укутавшись в толстый свитер, и смотрела через долину на море. Ветер полностью успокоился, оставил этому дню лишь тишину. Тяжелый, своеобразный покой. Он соответствовал чувствам Лауры, ее состоянию одурманенности и нереальности.

– Мне надо будет позаботиться о многих проблемах, которые ждут меня дома, – добавила она. – Кредиторы будут ломиться ко мне в дом, и…

– Это кредиторы Петера, – возразила Анна. – Почему ты должна одна расплачиваться за то дерьмо, что он сотворил?

– Потому что он исчез. Я бы с удовольствием призвала его к ответственности, но не нахожу возможности.

– Хм… – некоторое время подруга Лауры раздумывала. – Его машина стоит перед этим кабачком, вместе с вещами и с билетами… Это очень странно, ты не находишь?

– Ну, я думаю…

– Значит, он не улетел в Буэнос-Айрес. И мышка, которую он себе приглядел, – тоже. Значит, он все еще находится где-то там, внизу. На юге Франции.

– Может быть, они передумали и успели взять билеты в другое место… И улетели туда.

– Не думаю. Такие вещи планируют заранее, а не решают внезапно, в последний момент. Кроме того, это не объясняет оставленных вещей. Машина, чемоданы, билеты… Что-то очень существенное помешало ему.

Лаура начала чувствовать себя бесконечно усталой.

– Но для меня же это совершенно неважно, Анна. Мой брак так или иначе разрушен. Какая, в конце концов, разница, что ему помешало?

– А если он мертв? – спросила ее собеседница.

Где-то пронзительно закричала птица. В воздухе чувствовался терпкий запах сжигаемых осенних листьев.

– Что? – переспросила фрау Симон.

– Он вышел из этого… «У Надин». Он хотел сесть в свою машину. Но машина все еще стоит на месте, со всеми вещами, которые ему принадлежат.