Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Наконец такой человек появился, в белой шапочке, худенький и в тапочках на босую ногу.

— Девушка, как пройти к главному врачу? — спросил ее Перминов.

— Идите за мной! — лаконичнее, чем можно было ожидать, ответила сестра. Она привела Перминова на второй этаж и легким жестом руки указала на табличку «Главврач».

— Сюда! — и так же плавно и не спеша двинулась дальше.

Главврач, средних лет мужчина в белой шапочке, надвинутой на лоб, и в белом халате, воззрился сквозь толстые стекла очков на посетителя и застучал ногтем по тарелке, куда он сбрасывал пепел с сигареты.

— Извините за беспокойство. Я из Комитета государственной безопасности, — протянул Перминов удостоверение главврачу.

— Кого же вы будете у нас ловить? — попытался сострить эскулап, у которого от любопытства заискрились глаза.

Перминов шутки не принял. Он вообще не терпел такого рода шуток, особенно от людей, которые в КГБ видят лишь «ловить, тащить и не пущать». Он сразу же перешел на официальный тон и задал вопрос:

— У вас лежит больной по фамилии Сидоркин. Мне необходимо повидать его по очень важному делу.

— Тсс-с! Не спешите! Это не так-то просто, как вы себе представляете. Во-первых, посещение тяжелобольных запрещено. Во-вторых, он умирает. Уже несколько раз терял сознание. Чудом держится, сильный организм. Любая беседа с ним может оказаться тем граммом, который перетянет его на ту сторону.

Главврач молитвенно сложил на груди руки, довольный произведенным эффектом. По многолетнему опыту он знал, что такие люди, как его посетитель, не отступают сразу же, как только им говорят «нет». Сейчас он начнет доказывать и убеждать, что ему очень нужно видеть больного. Подумаешь, по очень важному делу… Конечно, можно было бы и пустить посетителя в палату. Судя по состоянию больного, тому остались считанные часы на этом свете, и часом позже, часом раньше — все равно исход предрешен…

Главврач не успел додумать свою мысль до конца, как его прервал Перминов:

— Вы уверены, что он умирает?

— Как врач, могу сказать точно. В его распоряжении два-три часа. Ошибки никакой. Нож искромсал все внутри. Как он еще жил эти дни? Говорю вам, сильный организм. Поэтому его лучше уже не беспокоить…

— Поймите меня правильно, доктор. Может быть, мой визит сократит жизнь этому человеку. Но я должен с ним поговорить. Если это будет даже негуманно… Ведь вы пустите к нему жену на эти последние часы?

— Да, я уже послал за ней.

— Не намерен от вас ничего скрывать… Разыскивается один государственный преступник, которому удавалось скрываться от правосудия на протяжении двадцати лет. По нашим данным, Сидоркин — единственный человек, который видел его перед тем, как был ранен, и, более того, знает фамилию, под которой тот скрывается.