Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Начинаю верить, что ты оживишь мое сердце. — Она вдруг прижалась щекой к его лицу:

— Да, да... Я всегда верила, что ты придешь. Спаси меня. Погибну здесь, захлебнусь в грязи... Спаси! — Эльза бросилась на кровать, ее били рыдания.

Иннокентий стоял возле, неумело гладил ее по сбившимся волосам. Постепенно истерика затихала. Она виновато улыбнулась.

— Прости меня, Кеша.

— Будем встречаться, дружить? — не зная, что сказать, спросил Иннокентий.

— Будем, милый. — Она села на кровать и очень просто сказала: — Давай спать. Гаси свет, ляжем...

Каргапольцев впервые вот так спал с женщиной, как с женой. Проснулся он только под утро. Эльза спокойно спала. Иннокентий тихо поднялся, босиком подошел к окну и отодвинул штору. Начинался новый день.

Отдохнув после ночной смены, Фишер просматривал свежие газеты, то и дело подливая себе янтарный цейлонский чай. Вместо лимона опускал в чай ломтики яблока.

Курт Фишер пригласил Иннокентия на веранду. По стеклам осторожно водили кривыми узловатыми пальцами раскачиваемые ветром старые яблони.

Фишер пододвинул к Иннокентию вазу с яблоками, подал нож. И, вернувшись к газете, сказал:

— Пока этим делом занимаешься, я тебе почитаю. Слушай. — Вооружившись очками, Курт долго листал газету. — Вот: «Приезд в Федеральную Республику господина Чарльза Вильсона, председателя наблюдательного совета американского концерна «Грейс энд компани», в начале февраля этого года имел целью наладить сотрудничество с концерном ИГ Фарбениндустри в области производства атомной энергии...» Так, так. Твердо ведет свою линию Конрад. А дальше, смотри, еще забавней.

Фишер поправил очки.

— Концерн Дегусса будет поставлять чистый уран. Руду намечается добывать в районах Шварцвальда и... Баварского леса. Это же почти у нас под ногами. Жив «Совет богов», жив!

— Посмотрим еще что есть, — произнес Курт после минутной паузы. — Дальше в лес — больше дров, кажется, так русские говорят... «В Федеральном конституционном суде в Карлсруэ продолжается слушание дела против Коммунистической партии, возбужденного правительством Аденауэра...»

Он со злостью швырнул газету.

Фишер поднялся, отбросил полотенце, зашел в дом. Вскоре вернулся с книжкой в руках. Серый мягкий переплет.

— Это стихи Эриха Вайнерта.

Фишер долго отыскивал нужное стихотворение.

— Нашел! Слушай.

Вздохнула шваль нацистская свободней,нашла хозяев новых солдатня:взашей не гонят их уже сегодня,а в дом пускают среди бела дня."

"— Знаешь, когда написаны эти стихи? Еще в сорок шестом. На десять лет вперед видел.