Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Садитесь!

Алина с сочувствием смотрела на Витольда и вспоминала Илгу, которую в суд не вызвали, а сама она поехать не смогла — плакала все утро. Как же не плакать, если решается судьба любимого человека!

В последнем слове Белевич, собрав остатки сил, мужественно сказал, что вполне полагается на справедливость и объективность советского суда, что с одинаковой твердостью встретит любой приговор, тем более, что самый страшный приговор он уже вынес себе сам, так как, убив друга, обрек себя на долголетние нравственные мучения.

Всесторонне изучив материалы дела, суд пришел к выводу, что убийство было неумышленным. Белевичу дана была условная мера наказания."

"Обратно директор школы и Витольд ехали вместе. Илга с нетерпением ждала приговора. Увидев своего любимого, со слезами бросилась на шею, отбросив обычную сдержанность и не обращая внимания на то, что встреча происходила в присутствии большой группы любопытствующих курсантов.

На том все и кончилось. Теперь надо было отвечать жене Ивара Эгле. Алина решила не посвящать ее во все подробности трагедии, случившейся с неудачником-мужем, а написала так:

«Уважаемая гр-ка Эгле! С прискорбием должна сообщить вам, что ваш муж Ивар Эгле уже больше месяца назад пал жертвой несчастного случая на охоте. Высылаю вам последнюю его неполученную зарплату, а также все оставшиеся после него вещи, фотографии и документы, за исключением паспорта, сданного в милицию. Прилагаю справку о смерти Ивара Эгле».

Школьная жизнь опять потекла тихо и мирно. «Мертвый в гробе мирно спи, жизнью пользуйся живущий». Об Иваре Эгле начали понемногу забывать. Витольд после всех переживаний стал еще молчаливее, еще скромнее. Алине казалось, что он теперь даже Илгу начал побаиваться. При виде охотничьего ружья трясся мелкой дрожью. «Пора бы уже подумать о свадьбе… Намекни-ка ты ему, Илга», — посоветовала как-то Алина. «Намекну, намекну», — отшучивалась подруга.

Наконец все было решено. Осталось назначить лишь день свадьбы. Но великие события никогда не совершаются скоропалительно. За два дня до торжеств пришло второе письмо от жены убитого Эгле. Почтальон подал его Алине в тот момент, когда она спускалась с крыльца, чтобы направиться на учебную молочную ферму. Рядом с почтальоном стоял какой-то невысокий молодой человек в кремовом летнем пыльнике, наглухо застегнутом, светловолосый, с приятным, открытым лицом, чуть вздернутым носом и смешливыми, прищуренными от июльского солнца глазами.

— Товарищ директор, я к вам, — вежливо сказал незнакомец.

— Хорошо, хорошо, идемте в кабинет, — машинально ответила Алина, мысли которой были заняты письмом, — она сразу узнала корявый почерк жены Ивара и заволновалась в смутном предчувствии неприятности.