Сотник

Тяжело ему было вот так стоять да врать, заливая сказки им в уши. Ему было страшно. Очень страшно. Настолько, что он из последних сил держался от попытки ускориться.

Он перешел еще одну реку По.

Хотя, на самом деле, ситуация была патовая.

Проглотил бы выкрик этого воеводы – заклевали бы. Ведь Рюрикович такого не простил. И черт бы с ним, с этим Рюриковичем. Но ведь парень являлся заложником положения и общественного мнения. Он и рад бы от всей этой шелухи слухов избавиться. Но не мог. Посему и был вынужден ее как-то учитывать.

Андрей, возвращаясь из похода, много думал над стратегией поведения. Маленькая пташка слишком высоко взлетела. Хуже того – слишком быстро. И если раньше он как-то бодался с тульскими старшинами, то теперь имел все шансы столкновения с куда более серьезными ребятами. И такой вот разговор мог произойти. В разных форматах. Посему он под наиболее вероятные придумывал некие шаблонные заготовки и уже на приеме импровизировал. Ведь, как известно, лучшая импровизация получается только если ее тщательно подготовить.

Он хамил и льстил одновременно. Врал. Предлагал дельные вещи. Крутился. И чувствовал, как с каждым словом все сильнее стягивается петля на его шее.

А может и нет.

Игра ва-банк всегда опасна и пахнет кровью.

История с происхождением Рюрика была, конечно, самой рискованной, равно как и выигрышной. Парень решился на нее, так как знал – еще каких-то двадцать-тридцать лет назад Сигизмунд Герберштейн выпытывал у местных, откуда есть пошли Рюриковичи. И они сами указывали на скандинавов. Но мутно и без деталей. Посему Андрей и решил разыграть эту карту…

Прибыл он на подворье Данилы.

Принял пару чарок меда «на грудь». Да пошел спать. Хотя нервное напряжение было таким, что ни захмелеть, ни уснуть он не мог. Просто лежал с закрытыми глазами и думал. Прокручивал раз за разом в голове этот прием.

Выспаться ему, впрочем, не дали. Двух часов не прошло, как прибыли посланники и пригласили обратно.

«Вляпался?» – пронеслось у него в голове. – «Хотя нет. Если бы вляпался, то не приглашали, а под «белы рученьки» подхватили, да оттащили в холодную…»

В палатах воеводы произошли изменения. Принесли столы и теперь вся эта честная компания бражничала. К удивлению Андрей. Ведь его тоже пригласили. А тот самый воевода, что кричал на него, подсел рядом, обнял за плечо, и дыша перегаром выдал:

– Ты на меня зла не держи. Сам понимаешь – чудно на тебя смотреть. Дивно…

– На что злиться то? – усмехнулся Андрей. – Обычное дело.

– И то верно. Не на что, – заявил подсевший рядом Иван Шуйский. Тот был уже пьян в стельку…

И понеслось… забулькало… загомонило…

Парню пришлось участвовать в этом экспромт-пиру по случаю славной победы. И, заодно, травить байки о похождениях древних Рюриковичей.