Солнце и луна

Глаза его оставались приоткрытыми, как будто он что-то хитро разглядывал, как еще совсем недавно при жизни. Выглядело это жутко. Рот зиял темным провалом, лицо потемнело. Хью и Филиппа одновременно перекрестились. Одной рукой прижимая к носу платок, она осмотрела шею Истажио и невнятно произнесла:

– Жаль, Ада далеко. Она сразу бы разобралась.

– Он так и лежал? – спросил Хью, увидев сложенные на груди руки Истажио.

– Орландо Сторци сказал, что так, – буркнул отец Николас и пошел к двери. Проходя мимо Хью, он сдернул с лица повязку и протянул ему. – Обвяжите лицо! Я смочил ткань ароматическим уксусом.

Хью поблагодарил его и прикрыл нос и рот.

– У этой женщины нет ни капли стыда! – воскликнул капеллан с порога, когда Филиппа открыла верхнюю половину голого тела итальянца.

– Она всего лишь хочет знать, отчего он умер.

– Он умер, потому что Господь призвал его! Остальное нас не касается.

С этими словами капеллан вышел.

– Как долго, по-твоему, он так пролежал?

– Всю ночь, – без колебания ответил Хью. – Я отлично знаю, как выглядит мертвое тело, когда оно несколько часов лежит неубранным в жару.

– Значит, он был убит еще вечером.

– Или просто умер – к примеру, от сердечного приступа.

– Тогда что это такое? – Филиппа приподняла уже тронутую разложением руку итальянца и указала на рубцы в распухшей плоти. – На лодыжках они тоже есть.

– Матерь Божья! – раздалось от двери.

Там, зажимая рукой рот и нос, стоял Олдос Юинг. Судя по кое-как наброшенной одежде, он только что поднялся с постели. Лицо его было смертельно бледным, глаза лезли из орбит.

– Леди Клер еще в замке? – спросил Хью.

– Нет, она выехала перед рассветом, по ночной прохладе… – пробормотал дьякон.

Хью хотел спросить его, когда она намерена вернуться, но Олдос вдруг быстро исчез за дверью. Снаружи донеслись звуки неудержимой рвоты.

– Наверное, его сестричка как-то пронюхала о спектакле, который бедняга Истажио устроил вчера в честь своей пассии.

– И убила его? – недоверчиво спросила Филиппа.

– Своими руками? Вряд ли.

– Значит, это сделал тот самый человек королевы, о котором мы с тобой прочли в письме. – Она снова склонилась над трупом. – Помоги мне его повернуть.

Однако сколько они ни смотрели, других следов насилия не обнаружили.

– Придется задать пару вопросов Орландо, – вздохнула Филиппа.

Метафизик оказался в своей комнате. Полностью одетый, он сидел на краю кровати и тупо смотрел в окно. Глаза у него были красные, лицо заострилось.

– Прошу вас, синьор, расскажите нам все подробно.

– Я не получил ответа на стук, вошел и увидел, что он умер во сне.

– Вы прикасались к телу? – спросил Хью.

– Зачем? Он умер во сне! – нервно повторил Орландо.

– Вы что-то скрываете, – возразил Хью.