Волшебные искры солнца

Чтобы иметь возможность приглядывать за тобой на работе, пока там отирается песик. Ну и провоцировать его, чтобы он не обращал внимания на тебя. Ужасно унылое место, – пожаловалась Арина, когда мы поднимались наверх. – Кстати, поговаривают, что Борис Арнольдович изменяет Диане с Людмилой Алексеевной – той, которая с кафедры русского языка.

– Давно знаешь моего дядю? – прервала я ее, вспомнив вдруг, что и она, и Меркурий к нему относились очень тепло. Тогда, почти два года назад, в ресторане, где Арина играла роль официантки, мне показалось, что она даже ревновала его ко мне.

– Давно, очень давно, – подтвердила ведьма.

– И как он тебе?

– Тимофей – по-своему хороший человек, – сказала вдруг Арина. – Многим он не нравится из-за прямоты и умения добиться своего. Но ведь люди и не обязаны нравиться всем, верно? Ты наверняка тоже вызываешь восторг далеко не у каждого.

Возразить на это было нечего.

– И давно ты являешься протектором? – поменяла я тему разговора.

– Около десяти лет. Но протекторами командора мы стали около шести лет назад.

– Получается, кто-то был и до вас? – зачем-то спросила я.

– Конечно. Другие члены нашей семьи. Наш клан служит великим князьям Вальзар уже много веков, – ответила Арина. – Кто-то занимается охраной Августа, кто-то – такие, как мы – занимается особыми поручениями.

– А прошлые протекторы дяди?.. – продолжать вопрос я не стала – сопровождающая меня ведьма и без этого меня поняла.

– Они погибли при исполнении долга, – ответила она как ни в чем не бывало. Как будто бы для нее смерть была совершенно обычным делом.

– Их убили розианцы? – задала я новый вопрос, почувствовав, как страх покалывает ладони.

– Секретная информация, мисс Хранительница. Мы даем не просто обещание не разглашать ее. Мы клянемся на крови. Никогда не заключай клятв на крови. Клятвы не всегда легко сдержать. А нарушив такую клятву, ты умрешь. Мгновенно потухнешь, – И она подула на огонек в ладони. Тот моментально исчез.

– Сурово, – ответила я, почувствовав ком в горле. От ее слов стало не по себе. Словно на меня надвигалось что-то неминуемое, страшное, и Арина предвидела это.

– Зато справедливо, – Арина коснулась стены, и перед нами появился проход. Мы снова оказались в доме.

После щедрого завтрака (еда снова сама собой появилась на столе) нас было решено отвезти домой. Перед тем как мы покинули особняк, внизу из воздуха материализовался Арнольд – снова в классических брюках и очередной белоснежной рубашке с длинными рукавами.

Наглый мальчишка с разбегу обнял меня на прощание и заявил, хитро поглядывая на Ярослава:

– Мы не прощаемся, конфетка, мы говорим друг другу: «Пока».

Зарецкий, впрочем, лишь обжег его недобрым взглядом, но ничего не сказал и первым покинул особняк.