Соль под кожей. Том второй (СИ)

— Я же сказал, что подожду, — как будто даже обижается Андрей."

"Дергаю плечом, переливаю кофе в свою любимую кружку-термос. Забрасываю на плечо рабочую сумку.

— Ты не знаешь… как там отец? — интересуется Андрей, в который раз неприятно будоража свое чувство жалости.

Если так пойдет и дальше, то его щенячьи глаза и заискивающий тон, чего доброго, еще смягчат градус моих намерений в сторону Завольского-младшего. И хоть моему благоверному все равно уготована самая маленькая порция поучительных подзатыльников, участь его отца — куда менее незавидная — все равно ударит по Андрею бумерангом.

— Что именно тебя интересует? Жив ли он? Я не уверена, потому что в последний раз мы разговаривали… дня три назад, исключительно по рабочим вопросам.

— Он что-то выяснил об этом… деле?

Его привычка все время спотыкаться и одолевший его недуг заикания, начинают раздражать.

— Андрей, если ты хочешь больше никогда не оказываться в такой заднице, то вот мой тебе первый бесценный совет — начни называть вещи своими именами. Это, как ты выразился, «дело» — частная закрытая вечеринка, с блек-джеком и шлюхами, на которой тебя спалили просто как дурачка, а потом все это сунули под нос твоему крайне консервативному отцу. Вряд ли это можно назвать «делом». Скорее уж… полным пиздецом?

— Отец что-то выяснил? — Андрей так сильно морщит лоб, что морщины, как будто, намертво вгрызаются в кости его черепной коробки. — Что он собирается делать?

— Я правда ничего не знаю, — отвечаю, глядя прямо ему в глаза. А что? Он ведь спрашивал меня про отца, а как продвигается личное маленькое расследование старого борова я правда не знаю. Если он и поделится со мной информацией, то лишь в том случае, если к ней нужно будет приложить лично мои руки. — Ты же знаешь своего отца — он никогда и ничем ни с кем не делится.

— А… ты? — с почти дохлой надеждой, спрашивает Андрей.

— А я сейчас еду в офис, разгребать косяки, которые ты мне добавил, потому что не посчитал нужным ввести в курс дела о подробностях сделки, которую я, по доброте душевной, выруливаю в ущерб своему личному времени.

— Прости, пожалуйста. Я правда не знал, что это так важно!

Он реально выглядит так, будто вот-вот расколется на миллион маленьких кубиков и развалится от любого неосторожного толчка. Я давно не видела человека, с таким затравленным взглядом. В последний раз… кажется, много лет назад.

Когда смотрела в зеркало.

Чтоб тебя, Завольский!

Все еще не веря, что делаю это, подхожу к Андрею, обнимаю его за плечо и кое-как похлопываю.

— Все будет хорошо. У меня все под контролем.

Андрей роняет лоб мне на плечо и начинает странно дергаться, и всхлипывать.

Боже. Он реально плачет.