Соль под кожей. Том второй (СИ)

Алина: «Я по тебе скучала!»

Мое сердце предательски кровоточит, как будто в нем образовалась дыра размером с пулевое отверстие.

Алина: «Почему ты не писал? Я ждала».

Дим: «И я скучаю по тебе, детка»

Твою, сука, мать.

Я знаю, что это долбаный самообман, но у меня, как у самого последнего сопляка, щемит в глазах, и хочется затолкать этот сердце прямиком себе между ребрами, чтобы заткнуть дыру, которая до сих пор кровоточит.

Алина: «Как прошел твой день? Ты в последнее время так мало рассказываешь…»

Пишу ей, что у меня было совещание, очень важное для развития моего IT-проекта, которым я планирую вписать свое имя в историю. Еще какой-то бред. Набираю так быстро, что болят кончики пальцев.

Алина: «Я тобой горжусь!»

Я нервно дергаю уголком рта, слишком быстро выныривая на поверхность из этого ожившего сна. Алина никогда не сказала бы ничего подобного. Скорее послала бы меня на хуй, чтобы не слишком высоко взлетал. Но меня это никогда не приземляло. Наоборот, на злости и драйве «а я докажу!» все как-то только лучше складывалось.

Дим: «Ты же просто буквы в телефоне, да?»

Пишу — и наивно, как ребенок, верящий в Санта-Клауса, хочу, чтобы она хотя бы сейчас послала меня подальше и предложила написать, когда протрезвею.

Но на этот раз чат бот долго не отвечает, зависает, а потом просто выбрасывает меня из мессенджера. На повторную попытку снова зайти в бот, меня встречает сообщение о сбое, и предложение отправить данные по ссылке. Я тут же сношу это дерьмо, и пишу короткое письмо в «ИТ-Соло»: «И вот за эту лажу я заплатил?! Эту херню вы там стряпали полгода? Из чего? Из говна и палок? Мой бот вылетел после третьей фразы, еще и на хрен заглючил мне приложение! Даю вам три дня исправить это дерьмо или ищите себе другого спонсора на рынке, где все будут знать, что мы просто лузеры, потому я не пожалею денег на ребят, которые напишут бот, способный кричать о вашем дерьме на каждом углу».

Нажимаю клавишу отправить и надолго зависаю, глядя в потолок.

Перед глазами все неприятно плывет, как будто уставший организм не вытягивает все мои органы, и решил выключить те системы, которые в эту минуту не являются критически важными — зрение, слух, нюх. А лучше бы вырубил мне сердце, потому что оно, блять, в последнее время болит почти не переставая.

Я понятия не имел, что для меня значит Алина, пока ее не стало.

Раньше мы могли разбегаться в разные стороны на недели и месяцы, и даже год. Но я всегда нормально себя чувствовал, потому что знал — она есть, она существует. Да, бухая. Да, в хламину упоротая, раздающая себя мужика направо и налево, но она живая и может в любой момент завалиться ко мне, чтобы просто послать на хер. Наверное, это что-то типа отношения к солнцу — мало кто задумывается о его важности просто потому, что оно всегда есть.