Снова и снова

В паху огонь, и я рискую просто взорваться с этим длительным воздержанием и ее напористыми поцелуями. Заношу Женю в номер, ставлю на ноги и запинываю за нами дверь.

— Я думал, свихнусь без тебя… — шепчу в ее губы, блуждая руками по желанному телу. Сколько сотен раз я видел ее во сне и не сосчитать уже.

— Я тоже, Кир. Я тоже.

Женя тянет за куртку, заставляя меня скинуть ее, и тут же тянется к краю джемпера. У меня нет ни сил, ни желания сопротивляться. Стягиваю кофту через голову и откидываю в сторону. Я буквально плавлюсь от прикосновения ее нежных горячих ладошек к моей голой гуди и рычу ей в губы.

Подхватываю мою хрупкую малышку на руки и несу в спальню. Укладываю на кровать и встречаюсь с ее горящим огнем желания взглядом. Даю себе пару минут, чтобы насладиться ее красотой, пока Женя сама не тянет руки, заставляя лечь сверху. В голове уже гул и фейерверки счастья от ее возбужденного вида и легкой растрепанности. Она так же прекрасна, какой я ее и помню. Моя девочка.

Хоть внутри все горит, и тело требует срочной разрядки, но я боюсь торопиться. Боюсь и не хочу. Не могу испортить этот момент.

Несмело тяну руку и заныриваю под тонкую ткань ее свободной футболки. Женя выгибается и тихо постанывает, когда я сжимаю в ладони ее грудь, пробегая легким движением по горошине соска. Целую в шею, слегка прикусывая нежную кожу и тяжело вздыхаю, когда ее ладошка протискивается между нами и ложится на мою выпирающую в брюках от желания часть тела.

— Женя, — хриплю, когда моя смелая девочка, тянет собачку на молнии моих джинсов вниз и освобождает возбужденный член. Смело обхватывает ладошками, и мне кажется, что из глаз сейчас посыплются искры. Но я понимаю, что нет, не так. Мы начнем не с этого, малышка.

Тяну ее футболку вверх, а следом за ним и тонкий кружевной бюстгальтер.

— Кирилл… — стонет моя девочка, когда я обхватываю губами вершинку ее упругой груди и посасываю, играя языком с горошиной. Я хочу снова расцеловать ее миллиметр за миллиметром. Хочу «вспомнить» ее всю и раствориться в ней.

Помогаю стянуть джинсы и раздеваюсь сам, отстраняясь всего на мгновение и снова возвращаясь. Прокладываю дорожку из поцелуев от губ и все ниже и ниже.

— М-м-м… — кусая губы и комкая простыни, выгибается Женя, когда мои губы касаются заветного местечка между ее стройных ножек. Я на грани. Она такая мокрая для меня, и это становится настоящей пыткой. Я готов гореть в этом пламени вечно, сходить с ума и теряться рядом с ней. Наслаждаться ее рваными вздохами и громкими стонами, целовать везде и доводить до исступления. Дразнить и заводить еще больше.

В паху уже не просто огонь, еще чуть-чуть и от неконтролируемого желания я просто перестану что-то чувствовать. Сгорю в пепел.