Снежить

А дальше уже как водится: шаман вонзал в сердце нож, освежевывал…

– Какой шаман? – спросил Гальяно. – Вы же нас только что убеждали, что шаманов в округе нет!

– Пришлый… кажется, – сказал Степан и просительно посмотрел на Эрхана и Тару. – Слушайте, ребята, а я ведь совсем забыл про этого шамана. Там вообще история была странная. Тара, расскажи ты.

Тара глянула на него из-под тяжелых век, поежилась.

– Олени стали дохнуть, – заговорила она своим сиплым, почти мужским голосом. – Анализы хорошие, а поголовье уменьшается.

– Почти как сейчас, – сказал Волков, не отрываясь от экрана мобильного.

– Нет, сейчас хуже. – Тара мотнула бритой головой. – Но люди запаниковали. Олени – это их кормильцы.

– Запаниковали и позвали шамана? – спросил Гальяно.

– Шаман пришел сам, – опередил Тару Эрхан. – Его никто не звал.

– И предложил провести жертвоприношение?

– Никто не помнит. – Сейчас Эрхан казался таким же растерянным, как до этого Степан. Его тоже словно бы только что разбудили. – Мы опрашивали потом всех в стойбище. Никто ничего не помнил. Даже те, кто участвовал в жертвоприношении. Про шамана нам рассказала маленькая девочка. Мы ей тогда не поверили, решили, что она фантазирует, а взрослые отмалчиваются, потому что боятся наказания. Традиции традициями, но творить такое…

– А ты? – Вероника смотрела в глаза Степану, почти силой удерживала его ускользающий взгляд. Он снова готовился все забыть, таким надежным, почти монолитным, был блок в его голове. – Степан, почему ты выбрал это место для своего Эдема?

– Не знаю. – Он тоже пытался сдвинуть этот чертов ментальный блок. – Мне просто показалось, что это самое подходящее место для того, чтобы…

– Для того, чтобы вырыть тут котлован.

Вот так. Чтобы вырыть котлован и найти в вечной мерзлоте тех существ. Чтобы выпустить на волю Снежить. Чтобы позволить ей собрать новое темное воинство.

Они все разом поняли, к чему она вела. В комнате повисла тревожная тишина.

– Я знаю, где нужно искать Чернова, – сказала Вероника.

Они тоже уже знали. Они не знали лишь одного – успеют ли до того, как Снежить заявит на него свои права.

Дальше все ускорилось, завертелось и наполнилось смыслом. Сомнения заканчиваются там, где появляется план. Хоть какой-нибудь. Но что-то продолжало терзать Веронику, не давало покоя. Что-то ускользающее, но очень важное. Словно бы и в ее голове кто-то пытался поставить этот ментальный блок. Она замерла, застыла в этой деятельной круговерти, еще раз осмотрела всех внимательным взглядом. Просканировала на ином, не физическом уровне. Сила была во всех, кроме двоих. Эрхан и Тара казались пустыми сосудами. Или заполненными под завязку, так плотно, что внутри их душ ничего не плескалось.