Смола

Несмотря на то что Роальд успел насладиться тишиной, ему пришлось признаться себе, что он скучает по гостям, которые каждый день появлялись в баре как по расписанию. Он соскучился даже по продавцу рыбных шариков – такое прозвище ему дали в трактире, – который всегда сидел перед игровым автоматом и покидал его за одиннадцать минут до обеда. Девять с половиной минут – ровно столько, по его словам, проходило от его выхода из трактира до того, как он ставил велосипед у дома. И еще полторы минуты на то, чтобы встать с велосипеда, зайти на кухню, вымыть руки и сесть за стол.

Вот и все, что он в принципе рассказывал.

Нет, еще он был уверен, что свиное жаркое с соусом из петрушки надо сделать национальным блюдом. Особенно если оно ждет его дома. Вот почему он не смог устоять и вышел из трактира аж за двенадцать минут до обеда! А вот рыбные шарики он не любит, но когда-то на них можно было хорошо заработать, еще до того, как к власти пришел «красный блок» со своими идеями. Роальд никогда не понимал, что он имеет в виду. Но он и сам не любил рыбные шарики.

Про ребенка Роальд еще никому не рассказывал, хотя мог бы – на днях он пару раз встретил полицейского. Но что-то его остановило. Если уж с кем-то об этом говорить, то точно не с полицейским. Можно заехать в школу и посоветоваться с кем-то там. Например, он был бы не прочь поболтать с той симпатичной учительницей музыки. Правда с недавнего времени она помолвлена с каким-то моряком и явно мечтает о семье, детях и так далее.

Тогда, может быть, лучше поговорить с пожилым врачом, который иногда заходит в бар и всегда рассказывает один и тот же анекдот? Во всяком случае, врачи обычно знают всех в округе. Правда, существует врачебная тайна, но тайны на этом острове – понятие растяжимое.

Вроде бы никто ничего не говорит прямо – но все обо всем знают.

Подумав, Роальд наконец решил наведаться в гости на Ховедет. Один.

Он никогда там раньше не бывал. Никто не ездил на Ховедет без необходимости, а поскольку Роальд и сам прекрасно справлялся с починкой, то и с Йенсом Хордером он знаком не был.

Столярная мастерская Хордера – или чем он теперь занимался, – казалось, совсем пришла в запустение. Вывеску на главном острове давно убрали, да и рождественские ели он уже давно не продавал. Кто-то видел, как он проезжал по острову с грудой мусора. Иногда он ошивался у свалки или на барахолке. Местные даже платили ему, чтобы он забрал у них металлолом.

Роальд удивлялся, что древний «Форд» Хордера все еще ездит. Говорили, что пикап принадлежал еще его отцу. Каким-то волшебным образом Йенсу удавалось держать его на плаву.

Марию Хордер Роальд видел всего однажды несколько лет назад в аптеке. Он даже не подумал бы, что это она, если бы рядом с ней не было Йенса.

Смешная парочка.