Светлый лик смерти

Томчак демонстративно попытался было устраниться от оскорбляющей его процедуры и с обиженным видом уединиться на кухне, но следователь настоятельно попросил его присутствовать вместе с понятыми. Не прошло и часа, как Коротков обратился к присутствующим:

– Понятые, прошу подойти сюда. Константин Михайлович, есть.

– Что вы там нашли? – недоуменно вскинулся Томчак.

Коротков стоял возле старого дубового комода, ящики которого были уже выдвинуты.

– И вы, Вячеслав Петрович, тоже подойдите. Это ваш пакет?

Томчак подошел ближе и увидел среди старых теплых вещей обернутый в полиэтилен пакет. Он видел его впервые.

– Нет… То есть я не знаю… Может быть, Лариса… – неуверенно пробормотал он.

– Открывайте, – скомандовал Ольшанский.

К комоду подошел эксперт Олег Зубов, долговязый и вечно хмурый. Натянув на руки перчатки, он аккуратно вынул пакет из ящика и открыл. Это были конверты с письмами.

– Так, письма, адресованные Людмиле Широковой, – удовлетворенно констатировал следователь. – И как же они к вам попали, уважаемый Вячеслав Петрович? Подойдите поближе и взгляните. Вы когда-нибудь видели эти письма?

Томчак метнулся к столу, на котором лежали конверты. Нет, он никогда их не видел. Но, боже мой, как они сюда попали? Неужели Володька?.. Но зачем? Почему?

Эксперт тем временем при помощи пинцета вытащил из одного конверта листок бумаги.

– Посмотрите, Вячеслав Петрович, – сказал Ольшанский, – вам знаком этот почерк?

– Нет, – твердо ответил Томчак.

– Это не почерк Стрельникова? Подумайте как следует, посмотрите внимательно.

– Я уже сказал – нет. Я впервые это вижу. И потом, как Володя мог писать эти письма? С тех пор как он познакомился с Милой, они и не расставались, насколько мне известно. Зачем бы он стал писать ей?

– Действительно, зачем, – усмехнулся Коротков. – Ладно, посмотрим, кем эти письма подписаны. Вот это писал некто Бакланов Сергей. Кто такой Бакланов?

– Понятия не имею, – пожал плечами Томчак.

– Так, вот это письмо от гражданина Лопатина Николая Львовича. И этого не знаете?

– Нет, не знаю.

– А вот это от гражданина Дербышева. Тоже не слыхали?

– Нет.

– Что ж, Вячеслав Петрович, будем подводить итоги. Ваш друг Стрельников привез и спрятал у вас на даче переписку своей невесты с некими посторонними мужчинами. Вы как-нибудь можете это прокомментировать?

– Нет. Я ничего не понимаю… Как это произошло?

Томчак растерянно топтался посреди комнаты, переводя затравленный взгляд со следователя на Короткова.

– Ничем не могу вас утешить, – сухо ответил Ольшанский. – Я тоже пока мало что понимаю, кроме одного: Стрельников знал, что его невеста вела переписку с этими мужчинами, и по каким-то причинам хотел скрыть этот факт от следствия.