Смертельный звонок [cборник]

Лев даже протиснулся за двери цеха и почти полчаса мучил мастера подробными расспросами о том, какие заказы они изготавливали клиентам Шанурина. Но пожилой мужчина только разводил руками, поглядывая за работой цеха, который визжал и скрипел инструментами на все голоса:

— Да не знаю даже, чем вам помочь. Олег, он себе на уме всегда был. Чертежи и схемы сам делал, даже пометки убирал. Мог и за станок сам встать, там программа простая, если чертеж с умом разработан. Девчата из бухгалтерии над ним посмеивались, потому что оплату за некоторые заказы он наличными им приносил. Сейчас уже не те времена, чтобы бумажными деньгами рассчитываться. Директор на все эти причуды сквозь пальцы смотрел, заказы приносит, оплата проходит, план делает, да и ладно. И заказы у него тоже какие-то странные, как и он сам.

— Что вы имеете в виду? — уточнил Гуров.

— Ну, ведь как обычно. Мелкие клиенты — это зеркала большие там оформляют, сразу оптом мелким, в квартиру или на дачу. Уж у кого какой достаток. Одной актрисе в квартиру мы как-то тридцать зеркал делали, и все в рамах, ажурные, с покрытием морозным. — Мужчина заметил нетерпение в глазах опера и заспешил: — Для оптовых клиентов делаем блоки зеркальные фасадные. Перегородки или для внутренней обшивки стен. Они стандартные, даже про запас на складе всегда лежат пачками уже упакованные. А у Шанурина такие заказы бывают заковыристые. Триста прямоугольников крошечных нарезать, аппарат не берет такие размеры, и это все вручную приходится. А чем больше ж ручной работы, тем дороже, а ему еще и края надо сточить под определенным углом. Глупость какая-то, никто и не увидит, под каким градусом там сточено. Мы с ним ругались неделю из-за этих углов, довел до белого каления, все с транспортиром тут крутился. Я его шуганул, так он лично потом тиски выпросил у нашего токаря и сидел, пилил свои стеклышки. Зачем, спрашивается, такой заказ брал, если клиент вредный и придирчивый. Ну, объяснил бы сразу, что сложно это сделать, зеркало — материал хрупкий, не любит, когда его так потрошат да режут.

Словно в подтверждение его слов большой зеркальный лист, где отражались стены и две фигуры собеседников, вдруг выгнулся и обрушился во все стороны дождем из тысячи осколков. Мастер крепко выругался и кинулся останавливать движущуюся линию.

— Ах вы ж, чертовы идиоты, кто крепил? Насадку затянул зачем так?! С тебя пять тыщ штрафу, еще и убираться теперь полдня! Вот же придурки, я сколько вам повторять должен, че вы тянете эти болты! Это вам не дверь в туалете! Кто на линии, а ну сюда!

Лев поспешил ретироваться подальше от разборок, тем более некоторые из осколков воткнулись ему в одежду, попали в волосы, а совсем крошечные впились в кожу.