Смертельный звонок [cборник]

Легендарный детективный тандем Леонов — Макеев.В обычной квартире небольшого поселка прогремел взрыв. Погиб муж, жена получила тяжелые ранения, ребенок чудом уцелел. Версия полиции — в квартире взорвался самогонный аппарат. Однако полковники МВД Гуров и Крячко выяснили, что причиной трагедии стало самодельное взрывное устройство большой разрушительной силы, упакованное в корпус смартфона, который жена нашла на улице. Что это — чья-то злая шутка или спланированное покушение? Сыщики понимают, чтобы решиться на такой шаг, нужно иметь веские причины. Например, зависть или… неразделенная любовь…Николай Леонов, в прошлом следователь МУРа, не понаслышке знал, как раскрываются самые запутанные уголовные дела. Поэтому каждая его книга — это правдивая захватывающая история с непредсказуемой интригой и неожиданным финалом. Главный герой этих книг, полковник Лев Гуров — сыщик высокого класса, к тому же с массой положительных человеческих качеств. Его уважают друзья, боятся враги и любят женщины. Он — настоящий отечественный супермен. Романы о Льве Гурове вот уже сорок лет неизменно привлекают поклонников отечественного детектива.

Алексей Макеев, Николай Леонов

— Все, сил моих нет, — заявила Мария. И отбросила в угол тощую брошюрку.

Полковник Гуров, Лев Иванович, удивился, отставил бокал. Выходные шли так безмятежно, последняя премьера была неделю назад, принята блестяще до такой степени, что даже супруга — требовательная прежде всего к себе — заявила, что «вполне сносно».

И тут явное недовольство, более того… никак гнев?

Такую сдержанную, эмоционально устойчивую даму, как жена, во всем свете не сыскать. Следовательно, для подобной экспрессии должны быть серьезные причины. Было бы любопытно их узнать, но если начать задавать уточняющие вопросы, то нарвешься на грубость.

Разумное решение одно, апробированное годами брака: выдержать молча от нескольких минут до пары часов, сохраняя вид вежливо-заинтересованный — и если что имеется, то оно прозвучит. Расчет оправдался совершенно: Мария, походив по столовой туда-сюда, как тигрица в клетке, презрительно посверлила огненным взглядом банальный заоконный пейзаж. Мельком глянула в зеркало, точным, единственно возможным движением поправила локон. Тяжко вздохнула. Подобрала брошюрку — лишь для того, чтобы шваркнуть на диван. Наконец, сняла с держателя бокал, щелкнула по нему ноготком:

— Пусто, Гуров. Что, ворон считаем?

Лев Иванович, супруг опытный, храня одновременно полное, почтительное молчание при заинтересованном виде, поднялся, плеснул в хрусталь развязывающего язык колдовства.

— …Распоследний мой враг не назовет меня придирчивой, непокладистой.