Смех и грех Ивана‑царевича

Если женой Пятакова станет Катя, то я дам свое благословение». Я так обрадовалась! Позвонила в Питер, передала его слова Кате. А Семен неожиданно ночью умер. Пятаков знает, что невеста и ее семья согласны. Мы подождем, пока пройдет положенное после кончины главы семьи время, оформим брачный договор и сыграем свадьбу. Соображаешь, как тебе повезло? Катюша расскажет мужу, что обожает свою бывшую няню, и ты сможешь жить как захочешь. Желаешь провести старость у теплого моря? Пятаков тебе домик в Италии купит. Решишь в России куковать? Получишь коттедж в Подмосковье, разведешь сад‑огород. И уж совершенно точно не станешь считать жалкие копейки, которые в нашей стране называют пенсией. Катя бабушку не оставит, так ведь?

— Конечно! — с жаром заверила внучка. — Никогда ее не брошу! Все‑все бабуле куплю!

— Ну? Что ты думаешь? — спросила Елизавета Матвеевна.

Домработница попыталась справиться с тошнотой, подступившей к горлу.

— У вас ничего не получится.

— Почему? — удивилась вдова.

— Кто‑нибудь узнает Катерину, и будет скандал, — промямлила Надежда Васильевна.

— Кто? — засмеялась хозяйка усадьбы. — Эмма Геннадиевна? У нее на носу бифокальные очки, но даже с их помощью мать не особо хорошо видит. У Матвея Ильича тоже проблемы со зрением. Моим родителям внуки никогда не нравились, они ими не занимались. Ксения и Катя очень похожи, голоса у них идентичны, остается лишь подкорректировать свое поведение — и готово. Катюша учится на актрису, так что прекрасно сыграет эту роль. Если тревожишься из‑за моих родителей, то совершенно зря. Родион и Иосиф не очень‑то лицом друг на друга походили, но цвет волос, рост и телосложение у них были похожи. И что? Йосю соответствующим образом постригли‑одели, и старики так ничего и не поняли. Нет, они нам не помеха.

— У Анфисы зоркие глаза, — заикнулась Надежда Васильевна.

— Сестра знает о нашем плане, — улыбнулась комбинаторша, — она нас никогда не выдаст. Ни разу ведь не оговорилась, Родиона Иосей не назвала, общается с ним как с племянником.

— Фиса знает, что Родя умер? — пробормотала домработница.

— А ты как думала? — искренне удивилась Елизавета Матвеевна. — У нее, в отличие от стариков, глаза зоркие. Нет, моя сестра кремень, а уж в случае с Катей даже под пытками правды не скажет. Анфиса хочет жить в Париже, найти себе там пару. И она понимает, что Игорь Анатольевич купит ей в городе‑празднике квартиру, станет давать деньги, а на запах евро непременно какой‑нибудь мужичок прилетит.

— Небось Пятаков устроит пышную свадьбу, — привела новый довод Надежда, — сбегутся журналисты, снимки попадут в прессу, вдруг…

— Никаких «вдруг», — перебила Елизавета. — «Вдруг» случается только у дураков.