Служанка

— Пиши, — протянул его девчонке.

Как же ее зовут? Имя такое странное. Интересно, откуда она в его замке взялась?

— Местная? — спросил он, наблюдая за появляющимися на бумаге словами.

Служанка на миг замерла и отрицательно качнула головой.

— Откуда?

Почему-то это казалось ему важным. Гораздо важнее, чем забота о собственной безопасности.

— Мардис? — вчитался в круглый, похожий на ученический почерк. — А лет тебе сколько? Восемнадцать?"

"А так и не скажешь. Он бы больше шестнадцати не дал. Уж больно миниатюрная, хотя все, что полагается иметь женщине, наличествует. Это он еще тогда под штопаной рубахой разглядел, а уж теперь, когда девчонка в новой форме, красиво облегающей грудь и бедра, только слепой их не заметит. А он не слепой.

Штефан усмехнулся. Плохо на него мирная жизнь влияет. Раньше на баб особо не засматривался, брал свое и забывал, а тут нашло что-то, будто наваждение какое. А может, оно и есть? И не просто так эта девка перед ним руками своими водит?

Зверь снова пробился к коже, злобно скаля клыки. Девчонка, словно почувствовав, подняла взгляд и уставилась прямо в глаза, из которых тот выглядывал-присматривался. Зрачки ее расширились, она прерывисто вздохнула, но не отступила. Ему даже показалось, что, наоборот, к нему потянулась. Но не с похотью, нет. Животное начало он всегда за несколько эров чуял, а тут другое что-то. Разобраться бы что, да времени нет. Со всех сторон обложили, чувствует он, как кольцо сужается, а из верных людей только Бранко рядом. Вся надежда на него да на амулет родовой, старинный, от прадеда доставшийся. И все равно маетно. Скорее бы уже парни до Стобарда добрались…

Он раздумывал, а сам смотрел на служанку. Зацепила она его чем-то, заинтересовала. И ведь не поймешь чем. То ли глазами чистыми, то ли сутью женской, что из них выглядывает, то ли своей непохожестью на остальных обитательниц Белвиля. Среди крупных и рослых стобардских баб эта казалась экзотическим цветком, выросшим на раскисшей грязи затерявшегося в Алмазных горах замка.

Зверь рассерженно заворочался внутри. Не принимает. Опасается. Помнит, чем его последнее увлечение закончилось. Не хочет привязываться.

Девчонка ткнула рукой в сторону стола. Бумага. Что-то она там написала.

Штефан наклонился, вглядываясь в ровные строчки.

— Почему сразу ко мне не пришла? — спросил и тут же вспомнил, как она из его рук бокал выбила. — Погоди, выходит, ты специально тогда?.. — не договорив, повернулся к служанке.

Та неловко прикусила губу и кивнула, не сводя с него настороженного взгляда. А глазищи так и сверкают! До души достают.

— Значит, я тебя поблагодарить должен?

А зверь не верит в такое благородство. И ум уже варианты просчитывает. Слишком подозрительная девчонка. И на обычную простолюдинку не похожа.