Это случилось осенью

Затем ладонь Уэстклифа снова скользнула вверх. Она не могла ничего сказать — их губы опять слились. Он осторожно обвел ладонью контур ее стройной ноги.

Она слегка напряглась, когда он дотронулся до ноющей мягкой плоти между ее ног. Ее тело обдало жаром. Она беспомощно выгнулась дугой, изо всех сил упираясь пятками в траву. Он успокаивающе похлопал ее колено сквозь тонкое белье. Ей так хотелось почувствовать прикосновение его пальцев к обнаженному телу! Она даже застонала от желания. Помедлив немного, он просунул ладонь внутрь отделанных кружевами панталон. Она взволнованно ахнула, когда его пальцы погладили ее между бедер, заставив развести ноги. Теперь он ласкал темные шелковые завитки, медленно, словно перебирая лепестки полураскрытого бутона розы. Потом его палец двинулся внутрь и коснулся маленького бугорка. Тело отозвалось восторгом. И вдруг мир словно взорвался: он нашел то самое местечко, где угнездилось удовольствие. Он ласкал и мучил ее нежными ритмичными круговыми движениями, а она извивалась, не зная, как бороться с нарастающим отчаянием.

Она так его хотела! Пусть возьмет ее! Она не боялась, что будет больно или что будет потом… Граф вдруг грубо оттолкнул ее, вскакивая. Оглушенная и ничего не понимающая Лилиан лежала ничком на бархатистой траве.

— Милорд? — осмелилась она позвать шепотом, а потом попыталась сесть.

Уэстклиф сидел рядом, обхватив руками колени. Едва глянув на него, Лилиан с отчаянием поняла, что он вновь стал самим собой — холодным, исполненным самообладания и уверенности в себе.

Уэстклиф заговорил довольно холодно:

— Что и требовалось доказать, Лилиан. Я был прав! Я смог довести вас почти до конца, а ведь я вам не нравлюсь. Что же говорить о таком человеке, как Сент-Винсент? Он справился бы с вами в два счета.

Как будто дал ей пощечину! Она отпрянула, расширив глаза от гнева.

Только что она горела жарким пламенем желания, и вот теперь ей кажется, что ее одурачили. Такое было нелегко вынести.

Ошеломляющая, всепожирающая близость оказалась всего-навсего уроком. Ему хотелось доказать, что она слишком неопытна. Он использовал ее страсть и доверие, чтобы поставить на место. Значит, она не годилась ни для брака, ни для постели? Лилиан захотелось умереть. Придерживая рукой спадающее белье, она униженно подползла поближе и с ненавистью уставилась на Уэстклифа.

— Это мы еще посмотрим! — выпалила она. — Я смогу сравнить вас обоих. Если попросите как следует, я расскажу вам…

Одним быстрым толчком Уэстклиф повалил ее на траву, прижав голову к земле.

— Держитесь от него подальше, — рявкнул он. — Вы ему не достанетесь!

— Почему бы и нет? — спросила Лилиан, пытаясь брыкаться, когда он плотнее навалился ей на ноги.