Случайная связь

Или тебя кто-то подрезал на светофоре, и ты не смог пережить эту несправедливость, – перечисляю я.

– Кстати, про светофор, – перебивает он меня с набитым ртом. – Мне пришло пять штрафов. Пять, лапуль! Ты точно водить умеешь? Покажи мне права.

Гад. Напрашивается идти ночевать в машину? Так я вмиг ему это устрою. И права в спину кину, чтобы изучал и было чем заняться до рассвета.

– Ты уходишь от темы. – Я всё же беру себя в руки, подавляя вспышку злости.

– Тот отморозок в парке, которого я лицом в асфальт вжал, оказался сынком одного из ваших высокопоставленных. Папаша его захотел, чтобы за разбитый нос я извинился перед сопляком лично.

– И ты, конечно, не принёс, поэтому на тебя написали заявление?

– Ага. Но уже забрали, – говорит он, жуя вторую шоколадку. – Спасибо Яру, быстро всё разрулил. Ну и бабки я заплатил. Куда без них. Собственно, благодаря Привалову на меня новое заявление не накатали, когда я всё же одумался и пошёл приносить извинения говнюку.

Я смеюсь и ловлю себя на мысли, что ведь люблю другой тип лица, другой цвет глаз, и таких мужчин, как Измайлов, никогда не было в моём окружении, но теперь я без ума от внешности Паши. Наверное, потому что в нём много мужественности, и ещё мне нравится, как он шутит.

– Пить хочу. Принеси водички, лап, – просит Измайлов.

– Бутылка стоит рядом. Ты весь день, что ли, не ел?

– Угу, – отзывается он.

Выпивает всю воду и тянется к третьей шоколадке. Мне становится его жаль.

– Ну что ты как не родная стоишь в сторонке? Не люблю в одиночестве челюстями работать. К тому же ты нарастить округлости хотела? Иди ко мне.

Я присаживаюсь рядом и беру батончик. Обожаю сладкое. В моей сумочке всегда найдётся место для какой-нибудь вкусняшки.

– А теперь моя очередь. Что у вас с мужем случилось? Почему разводитесь? Кто инициатор?

– Я.

Повисает пауза, но ненадолго:

– Муж против, как я понимаю? – аккуратно продолжает допрос Измайлов."

"– Против, – отвечаю односложно, по-прежнему не желая касаться этой темы.

– Не хочешь говорить? – замечает он.

– Не хочу.

Измайлов внимательно смотрит на меня, а потом поднимает с пола пустую бутылку и идёт в ванную. Включает воду, набирает бутылку до краев и выпивает половину жадными глотками. Вытирает рот тыльной стороной ладони и поворачивается ко мне.

– А дезинформировала зачем? Не нравлюсь? – серьёзно спрашивает он.

Я доедаю шоколадку, выкидываю фантики с кровати в мусорное ведро. Подхожу к Паше, забираю бутылку и допиваю оставшуюся воду.

– Нравишься. Но держать дистанцию как-то больше по душе.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но Измайлов ловит меня в кольцо сильных рук.

– И ты мне нравишься, Софья, – говорит он и накрывает мои губы своими.

Я пытаюсь сопротивляться, но Паша глушит протесты нежным натиском и движением языка.