Словно в раю

– А как давно вы… э-э…

– Как это произошло?

Маркус почувствовал, что улыбается. Ну, одной половиной рта. Вторая уже начала распухать.

– Не знаю, – признался он. Казалось неправильным рассказывать Дэниелу про кротовью нору, или поврежденную лодыжку, или загноившуюся рану, или о пироге с патокой. Это всего лишь внешние события. Они не опишут того, что происходило в его сердце.

Маркус поднял голову и кивнул.

– Вот и хорошо, – Дэниел слегка пожал плечами.

Больше говорить ничего не нужно. Маркус понял, что больше на эту тему они говорить не станут. Как мужчины, они решили это между собой. И этого достаточно. Он хотел хлопнуть друга по плечу или по ноге, но вместо этого просто дружески ткнул его локтем:

– Я рад твоему возращению.

Дэниел немного помолчал и ответил:

– Я тоже, Маркус. Я тоже рад.

Оставив Маркуса и Дэниела в коридоре, Онория незаметно вернулась в комнату для репетиций. Как она и ожидала, там было пусто. Только полоска света падала из полуотворённой двери в главный зал. Онория в последний раз проверила своё отражение в зеркале. В темноте полной уверенности не было, но ей показалось, что она выглядит презентабельно.

Гости ещё не разъехались, поэтому Онория надеялась лишь на то, что её отсутствие заметили только члены семьи. Дейзи держала слово в центре зала, объясняя всем желающим, как устроена её скрипка работы Руджьери. Леди Уинстед стояла неподалёку, лучась от счастья и радости, а Айрис…

– Ты где была? – прошипела Айрис.

– Мне нездоровится, – сказала Онория.

Айрис с отвращением фыркнула:

– А теперь ты скажешь, что заболела тем самым, что и Сара.

Её слова были встречены вздохом:

– Я больше всего хочу уехать, но мать и слышать не желает.

– Мне жаль, – произнесла Онория. Ей тяжело давался сочувственный тон, поскольку её до краёв переполняла радость, но она сделала всё возможное.

– Хуже всего сама Дейзи, – недоброжелательно говорила Айрис. – Она раздулась от важности как индюк… У тебя на рукаве кровь?

– Что? – Онория наклонила голову вбок, чтобы посмотреть. На рукаве оказалось пятнышко размером с монетку. Бог его знает, кому из мужчин принадлежит эта кровь. Они оба были забрызганы кровью, когда она уходила.

– Ах, это. Нет, я не знаю, что это.

Айрис нахмурилась и присмотрелась:

– Я думаю, что это кровь.

– Я точно могу сказать тебе, что это не так.

– А что сделала Дейзи? – поспешно спросила Онория. Когда Айрис непонимающе моргнула, она пояснила:

– Ну, ты сказала, что она хуже всего.

– Так и есть, – страстно заверила Айрис. – Ей не нужно ничего делать, она просто…

Её заглушил громкий смех. Исходящий от Дейзи.

– Я сейчас расплачусь, – заявила Айрис.

– Оставь меня скорбеть, – отрезала кузина.

– Прости, – сокрушённо пробормотала Онория.