Сломанная защита

Глава 36

Остаток дня и весь вечер параллельно текущим делам я жду каких-либо действий со стороны Лидии. Теоретически она может не знать, что мы с Панковым — враги. Мне бы хотелось получить от нее сообщение, увидеть входящий вызов. В идеале, конечно, чтобы она приехала. Можно было бы и самому нагрянуть, но я освобождаюсь в районе одиннадцати и добираюсь до дома голодным и в отвратительном настроении. Ночью, перед сном, пишу ей:

«Как дела?»

«Соскучился, Андрей?»

«А как же. А ты?»

«Считаю часы до нашей встречи».

Привычный игривый тон. Следующим утром я не выдерживаю и еду прямиком в «Рувипшоп». Я думал, моя бессонница подходит к концу. Как бы не так! Самое интересное только начинается — всю ночь подрывался, проверял, не слили ли ролик в сеть.

Лучше бы слили, чтобы я успокоился и спокойно начал обороняться. Промедление, заминки, какие-то проволочки. Никакой ясности.

Но я не собираюсь спускать собак на Яблочки, конечно, мне бы хотелось, чтобы она сама рассказала мне о встрече с Панковым. Ну ладно, растерялась. У гада язык хорошо подвешен, мог наговорить ей кучу складной ереси.

Иду по коридору, секретарша Светлана подрывается, завидев меня, Богдан шагает наперерез и загораживает дорогу. Или я выгляжу неважно, или он решает сыграть на публику, чтобы скрыть, кто его настоящий работодатель. Лидия отрывает глаза от монитора и, увидев меня, замирает. Мы смотрим друг на друга через стекло. Она выглядит пораженной, не ожидала. Да и по моему лицу легко читается мое состояние."

"Если она меня сейчас выставит, это будет конец. У меня такое чувство, что земля уходит из-под ног. Ну же, Яблочки, это же я.

Да и включай логику! Я могу уволить Богдана одним словом, она должна это понимать.

Лидия спешит к двери, широко ее распахивает, приглашая в кабинет.

— Жалюзи опускать? — спрашивает, закрываясь за моей спиной.

— Необязательно, я по делу, — смотрю на нее.

— Что-то случилось, Андрюш? — она выглядит обеспокоенной. У меня не получается ее считывать, мне хочется прекратить этот театр абсурда как можно скорее.

— Надо поговорить, — отвечаю.

— Хорошо, давай, — безропотно соглашается, отворачиваясь. Обходит вокруг стола, плюхается в кресло. — Что случилось? — складывает руки перед собой.

— Мне стало известно об одной встрече. О которой ты мне ничего пока не успела рассказать, — показываю ей экран сотового, на котором фотка с изображением трех предателей. — Вот приехал послушать.

Она подбирается, скидывает маску наигранной беззаботности.

— Да, они хотели, чтобы я выступила свидетелем против тебя. Собирают компромат. Оксана в курсе, что у нас была связь, для тебя ведь это не сюрприз? Я не могу отмотать назад и ничего не рассказывать ей.

— И что же ты?

— Разумеется, сделала вид, что не понимаю, о чем они.