Сломанная тень

– Извозчика, живо, – художник на ходу сунул швейцару серебряный рубль.

Тот по-разбойничьи свистнул, пролетка за углом словно этого и ждала. Художник прыгнул в нее на ходу:

– Гони!

Выскочивший следом полковник только и успел проводить экипаж взглядом.

– Обер-полицмейстер Киршау, – представился он Роосу, поднявшись по лестнице. – Как звать молодого человека в женском платье, с которым вы только что…

– Тучин! Александр Тучин! А это его тетя…

– Вот как? Очень приятно! Позвольте спросить, сударыня, где я могу его найти?

– А в чем, собственно, дело?

– Софья Лукинична? – узнал генеральшу Лаевскую Киршау.

– Она самая! Что молчите? Жду объяснений! Подумаешь, ребенок на маскарад мое платье надел! А вы сразу свистеть! Преступников лучше ловите…

– Я и ловлю! Ваш племянник – законченный негодяй! Насилует отроков! Я официально вас спрашиваю: где он живет?

– Откуда мне знать? – пожала плечами Лаевская.

– Что ж, я спрошу об этом вашего мужа!

Софья Лукинична проводила обер-полицмейстера беспокойным взглядом:"

"– Вот индюк! Привязался к ребенку! Придется спасать! Корнелиус, душечка! Я мигом! Туда и обратно! Надо предупредить Сашеньку!

– Мадам! Сгораю от нетерпения! Могу ли я…

– Ну, конечно! Если вдруг не вернусь, заезжайте сами. Фонтанка, дом Лаевских!

Этнограф проводил ее восторженным взглядом. Удался вечер, удался! Император назначил аудиенцию, пышная, зовущая, манящая дама ждала ночью! Что еще нужно чужеземцу? Немного шампанского с друзьями!

– Пушков! – позвал Киршау.

– Да, ваше благородие!

– Езжай, передашь записку Яхонтову.

– Вижу, почерк вам знаком? – спросил Кислицын.

– Да! – подтвердил Тоннер.

– Знаете, чей?

– Увы!

– Полина! Я предупреждал вас! Нельзя было открываться этому человеку!

– Это Тучин! Тучин! – князь Дашкин еле держался на ногах. У него снова появилась одышка, лоб покрылся испариной.

– Что с вами? Присядьте! – засуетился доктор.

– Это Тучин! – твердил как заведенный Дашкин. – Я узнал платье!

– Вы же не разглядели его в темноте!

– Я узнал запах…

– Не может быть!

У Тоннера уже выстроилась своя версия, и художник никак в нее не вписывался. Зачем ему шантажировать Дашкина и Бобикова? Откуда у него завещание Кислицына-старшего?

– Они заодно! С Юлией! – завывал Дашкин.

Ирина Лукинична старалась не попадаться домашним на глаза. На маскарад она решила поехать, как только узнала, что Андрей Артемьевич сюда собрался. И не зря, ох, не зря!

Все! Решено! От Ольги надо избавляться любой ценой! Это ж надо, лет десять Андрей Артемьевич не танцевал, даже Полиночку на первом балу Владимир выводил, а тут на тебе, отплясывает.

И Тоннер – двурушник! Весь вечер крутится возле Полины, а теперь еще и с Кислицыным шушукается. Нет, доверять ему нельзя, другого доктора надо искать.